— Учитель? — удивленно пробормотала она. — Это вы?
И тут в ее мозг будто ударила ледяная волна, распространяясь по всему телу. И прежде чем снова погрузиться в сон, девочка еще успела подумать, что готова поклясться, что узнала злобную улыбку покойного учителя МакГроу.
36. Ложь и сюрпризы — в изобилии!
Зоэ вцепилась в руку Драгомиры. Ее в этот первый учебный после каникул день терзали дурные предчувствия. Хотя девочка нервничала не так сильно, как в прошлом году, когда пришла в новый колледж, ей очень хотелось, чтобы этот день поскорее кончился. Перебросив назад рыжие локоны, она поправила форменный галстук, стараясь подавить волнение.
У шагавшей рядом с ней Драгомиры было тяжело на душе: ей так хотелось, чтобы Гюс с Оксой успели выбраться из картины до начала занятий… Она ждала до самого последнего момента, прежде чем предупредить об их отсутствии месье Бонтанпи, директора колледжа Святого Проксима. Официально дети находились на другом конце света, прикованные к постели экзотической и заразной болезнью, и ранний переезд домой был чреват для них серьезными осложнениями…
К счастью, месье Бонтанпи сохранил удивительную широту взглядов, проявляющуюся как по волшебству всякий раз, когда к нему обращалась Драгомира. Вот и сейчас, едва заметив ее входящей на великолепный двор колледжа, он тут же подошел поздороваться.
— Мое глубокое почтение, дорогая мадам Поллок! — вскликнул он, целуя ее руку в перстнях. — Как поживаете? И как там дела у наших болящих?
— Им лучше, благодарю вас, — одарила его бархатным взглядом Драгомира. — Но недостаточно, чтобы перенести дорогу домой, не говоря уже о том, чтобы прийти на занятия в ближайшие дни.
— Что ж, будем надеяться, они скоро вернутся! — сказал директор. — А где они в точности? Вы мне говорили, но это как-то не отложилось в моей памяти. Побочные эффекты зрелости, знаете ли… — усмехнулся он.
— О, я вас отлично понимаю, месье! — очаровательно улыбнулась Драгомира. — Мне тоже не удалось обойтись без потерь. Так что, пока я не забыла ваш вопрос — может, и ответ, кто знает — я вам скажу, что Окса со своим другом Гюсом лежат в маленьком госпитале Кота-Кинабалу на Борнео. С ними мой сын Павел, а также Пьер Белланже.
— Очень хорошо, — кивнул месье Бонтанпи.
Затем, обратившись к Зоэ, продолжил.
— Значит, мадмуазель Эванвлек, это на вас возлагается задача помочь вашим друзьям потом наверстать пропущенное.
— Я так и собиралась, — подтвердила Зоэ. — Можете на меня положиться.
— Хорошо… Ну, как бы то ни было, это очень любезно с вашей стороны сопроводить сегодня эту юную леди, мадам Поллок!
Драгомира чуть помедлила с ответом, что заметила только Зоэ, затем заявила:
— Возможно, вам это неизвестно, но Зоэ — моя внучатая племянница!
«Зоэ Эванвлек? Внучатая племянница Драгомиры Поллок?» Но Бонтанпи знал, что она — внучатая племянница МакГроу! Директор явно изумился и ненадолго задумался, пытаясь разобраться в родственных связях этих семейств.
— Да, я действительно этого не знал! — озадаченно подтвердил он. — Значит, месье МакГроу был членом вашей семьи? — неуверенно добавил директор.
Он сложил руки на животе, пораженный тем, что только что узнал о существовании семейных связей между Поллоками и учителем МакГроу. Ему никогда особо не нравился этот суровый и ироничный человек, терроризировавший как учеников, так и своих коллег. Посему, это был прекрасный преподаватель с великолепным послужным списком, но было в нем нечто тревожащее, заставлявшее Бонтанпи нервничать. Конечно, никто не прыгал от радости, когда несколько месяцев назад им сообщили, что МакГроу погиб в автокатастрофе, но никто и не сожалел…
Директор снова поглядел на Драгомиру, сиявшую красотой в шелковом платье цвета граната.
«Эта женщина — полная противоположность МакГроу», — подумал он.
Драгомира, будто прочитав его мысли, ответила:
— Да, дальняя родня… Мы практически не общались, семейные проблемы, знаете ли… — доверительным тоном добавила она. — Но скажите-ка, это не мадмуазель Кревкёр я там вижу?
Месье Бонтанпи повернул голову, и тень озабоченности в его глазах мигом исчезла при виде кокетливой молодой женщины, разговаривавшей с несколькими учениками посреди двора.