Едва Львящеры оказались настолько близко, что можно было различить мерзкий желтый цвет их отвратительных глаз, Окса и другие Беглецы обрушили на них град Нок-бамов, сопоставимый по силе с тем ужасом, что люди испытывали. Львящеры из первых рядов отлетели на следующих, обрушившись на них всем своим весом.
— Осторожно! — крикнул Абакум. — Они возвращаются!
Некоторые Львящеры, поднявшись, направились в сторону Беглецов с удвоенной от неожиданного сопротивления жертв яростью и стремлением поскорей добраться до аппетитной еды.
Окса, Леомидо и Пьер продолжали осыпать рептилий мощными Нок-бамами, Абакум с Тугдуалом весьма умело работали огнем: первый используя волшебную палочку как горелку, а второй непрерывно кидая фаерболы в наиболее уязвимые части тела монстров: глаза, уши, пасть, брюхо. Все отчаянно сражались за жизнь.
Окса почувствовала, как внутри нее возникла сила, мощная энергетическая волна, вызвавшая в ней ощущение бесконечного могущества. Никогда еще девочка не чувствовала себя такой смелой. И сильной. И непобедимой.
Она развернула ладонь на самого сильного Львящера. Монстр взлетел на воздух метров на десять и обрушился инертной массой на своих жутких родичей, раздавив их. Два чудища буквально взорвались, тошнотворные потроха брызнули во все стороны из треснувших зеленых панцирей.
— Класс! Продолжай в том же духе, старушка! — пронзительно заверещал Гюс, подстегивая подругу.
Окса коротко глянула на него и покачнулась. У нее вдруг сильно закружилась голова, и ей почудилось, что этот последний Нок-бам высосал из нее все силы.
Гюс это заметил и встревоженно уставился на подружку.
— Ну же, Окса! Сосредоточься! Сейчас не время давать слабину, крепись, старушка!
— Ты молоток, конечно, только должна тебе сказать, что эти чертовы монстры весят несколько тонн! — буркнула Окса.
И снова повернулась к Львящерам.
Гюс буквально ощутил, как Окса собирается с последними силами, чтобы продолжить битву. Очередной Нок-бам, даже мощнее предыдущего, бросил одного Львящера на другого с такой силой, что у монстров посыпались зубы. В тот же миг Юная Лучезарная согнулась, упершись руками в колени, чтобы отдышаться, ловя воздух ртом, быстро выпрямилась и, несмотря на усталость, удвоила усилия.
Павел со своим Чернильным Драконом летал над головами Беглецов, осуществляя весьма эффективную атаку с воздуха, пикируя на острозубое стадо и поливая его огнем. Арьергард тоже усилий не жалел. Гюс собирал камни и кидал их в атакующих монстров.
«Это бесполезно, — думал мальчик, с досадой видя, как очередной камень отскакивает от шкуры Львящера. — Но лучше так, чем вообще ничего не делать!»
Находившаяся рядом с ним Реминисанс, несмотря на свою физическую слабость, удивила всех, весьма оригинальным способом уничтожив одного из монстров.
Раскрыв руку жестом, похожим на движение готовящегося схватить жертву коршуна, она вытянула ее в сторону Львящера, находящегося в нескольких метрах от нее, сжала кулак и повернула запястье, словно что-то выкручивая.
И голова Львящера под действием невидимой и таинственной силы вдруг начала выворачиваться под странным углом.
Чудовище, рыча, пыталось сопротивляться. Тщетно… Издав последний вопль, оно рухнуло. Его голова безвольно болталась на свернутой шее.
Реминисанс, вся взмокшая, слабо улыбнулась в ответ на восхищенный свист Гюса.
— Вот это высший класс! — зачарованно воскликнул мальчик.
— Спасибо, детка… — тихо прошептала пожилая дама и с этими словами рухнула на пыльную землю.
— С вами все хорошо? — Гюс опустился рядом с ней на колени.
Реминисанс кивнула и перевела взгляд на друзей. Она видела лишь их спины, напряженные в колоссальном усилии, которое они прилагали, чтобы вывести из строя Львящеров. Сгорбленная фигура Леомидо выдавала усталость старика, и это сильно встревожило Реминисанс.
Оставалось всего пять Львящеров. Пять самых упорных… А защита Беглецов слабела, и пятерка монстров неуклонно приближалась, мерзко улыбаясь.
Абакум при поддержке фаерболов Тугдуала направил волшебную палочку на самого здоровенного монстра, того самого, что изначально весьма успешно сопротивлялся огню, взрывам и Нок-бамам.
Казалось, у этого конкретного чудища инстинкт самосохранения развит куда лучше, чем у остальных: он выгнул спину и втянул голову в панцирь, подставляя под удары лишь самые прочные и защищенные части тела. Огонь лизал шипастую броню, а Нок-бам Оксы отодвинул его от силы метров на пять-шесть.