Десантный взвод из состава 315-го отдельного разведывательного батальона, 109-ой гвардейской космическо-десантной дивизии, под командованием лейтенанта Михаила Ефимцева высадились на планете во временной отрезок соответствующего середине мая на планете Земля. Через три дня разведотряд обнаружил деревню, где проживали женщины и дети чхоме. Сами боевики отсутствовали. Предположительно организовали базу или сеть небольших баз в этом же районе. За деревней было установлено орбитальное наблюдение с целью зафиксировать появление в ней боевиков, затем попытаться вести их с орбиты, а заодно передать информацию разведгруппе, чтобы они или проследили за террористами и вышли на их базу, или взяли языка.
Обвинитель провел пальцем по планшету, кашлянул и продолжил:
— Еще через три дня на лагерь разведгруппы было совершенно нападение. Террористы сумели обнаружить присутствие десантников и вычислить расположение их лагеря. В результате боя почти вся группа была уничтожена. Пятерых боевики увели с собой. В плен попали Вячеслав Лисовец, Леонид Уваров, Юрий Церенов, Виталий Петренко и обвиняемый Олег Кузнецов.
Это было первое вранье, но не последнее. Самое паскудное ждало впереди.
Петр Валерьевич внимательно выслушал мою историю. Диктофон на планшете писал звук, переводил его в текст, с чем майор регулярно сверялся.
— Значит, так все было, — задумчиво сказал он.
— Ну, да! А, что не так?! И почему на мне наручники?!
Он, продолжая вертеть очки в руках, смотрел на меня и ничего не отвечал. Пожевал губами и выдал:
— Я прослушал совершенно иную историю. И вот в чем проблема. Та история и звучит правдоподобнее, и что самое главное, к ней прилагаются весьма веские доказательства.
— Какая история?! Какие доказательства?!
— Парень, — он вздохнул, — как в таких случаях говорили в старинных фильмах, — вопросы здесь задаю я!
— Но…
— Поэтому ответь. Еще на Земле ты имел какие-нибудь контакты с представителями Северо-Атлантической коалиции?
— Чего?!!
— Так, давай, без этих «чего», «что», «да как вы смеете» и тому подобного. Просто отвечай. Желательно — да или нет. А если комментарии, то только очень короткие и по делу. Договорились?
— Договорились — буркнул я.
— Ты имел какие-нибудь контакты с представителями Северо-Атлантической коалиции?
— Нет.
— Перед отправкой на планету у тебя были какие-нибудь неожиданные встречи? Случайные знакомства? Какие-то люди вдруг появлялись в твоей жизни и неожиданно становились близкими?
— Да у меня друзей-то…
— Отвечай просто.
— Нет.
— Как у тебя с женщинами?
— Нормально у меня с женщинами. Вы, о чем именно спрашиваете?
— Есть постоянная подруга или не любишь долгих отношений? Пару недель с одной, пару недель с другой?
— Я на армейской службе. У меня просто времени нет на шашни. Это требует и времени, и денег.
— Сколько у тебя денежных накоплений?
— Нисколько. Зарплата небольшая, я же на полном обеспечении. Если и трачу что, то иногда с ребятами в баре посидеть. Но это редко, в увольнительных только.
Он неуловимо напрягся, что-то пометил в планшете и продолжил:
— Опять же. Появлялись за последние полгода или год, в твоей жизни необычные женщины? Яркие, искавшие встреч? Или ты сталкивался с одной и той же? Случайно. Красивая. Да еще оказалась всепонимающей, заботливой, умеющей выслушать?
— Таких в природе не бывает.
— Ну, я подумал, вдруг тебе повезло. И хотел об этом везении порасспрашивать. Но значит, нет?
— Нет.
— Кстати, почему ты не женат?
— Да рано еще.
— Из вашего взвода почти половина женаты. Дети у многих. Их семьи еще не знают, что мы им похоронки везем, — он снова пытливо уставился на меня. — Ничего в душе не шевелится при мысли об этом?
— Слушай, заботливый ты наш, — я говорил тихо и ожесточенно, — мне от этой мысли хреново так, что ты и представить себе не можешь. И я действительно отчасти считаю себя виноватым. Но только потому, что Ефима из плена вытащил. А вытащив, не прирезал на месте. Вот за это я себя винить до конца жизни буду.