"Мария, — сказал я, отступая. — Если я Алекс, то ты моя сестра. Помоги нам!"
Она рассмеялась горько. "Ты не он. Ты — тень. А теперь... конец." Вдруг сервер заискрился, и Мария шагнула вперёд, но споткнулась, упав на кабели. Искры полетели, и её тело дёрнулось, как от удара током, прежде чем затихнуть в дыму.
Анна схватила меня: "Это симуляция! Лес — петля в твоём разуме. Ты учёный, создатель проекта. Взорвал лабораторию, чтобы остановить, но застрял в своём же создании. Мария и я — проекции подсознания, борющиеся за пробуждение."
"Но ты — Анна," — запротестовал я. "Ты реальна?"
"Нет," — прошептала она, её форма начала мерцать, как голограмма. "Я — твоё раскаяние. Мария — вина. Разрушь сервер, выйди из петли. Но... это больно. Ты увидишь всё."
Сердце билось в унисон с гулом в голове. Я схватил обломок металла — единственное оружие в этом кошмаре — и ударил по серверу. Треск разнёсся эхом, как выстрел в тишине. Панели лопнули, кабели заискрились, и система начала рушиться, заполняя комнату дымом и вспышками. Боль пронзила тело, словно тысячи игл, впивающихся в разум. Тьма сомкнулась, но это была не пустота — это был вихрь. Воспоминания хлынули потоком: я, Алекс Леви, гениальный нейробиолог, создающий "Эхо" — сеть для симуляции реальности, чтобы лечить травмы психики. Но правительство увидело в этом оружие. Я ввёл сыворотку себе, чтобы стереть доказательства, активировал самоуничтожение лаборатории. Взрыв был реальным, но мой разум ушёл в петлю симуляции — бесконечный цикл вины и страха. Анна — моя погибшая жена, журналистка, которую я не спас. Мария — сестра, винившая меня в смерти нашего младшего брата, погибшего в автокатастрофе. Лес — метафора моего разума, запертого в коде.
"Алекс... — прошептала Анна, угасая. — Прости. Теперь... ты свободен." Её образ растворился, и тьма отступила, как прилив.
Я открыл глаза — не в лесу, а в стерильной комнате, подключённый к кабелям и мониторам. Гудение машин, запах антисептика. Врачи в масках склонились надо мной. "Он вернулся! — воскликнул ассистент. — Показатели стабильны. Десять лет в коме... чудо."
Десять лет? Я попытался сесть, но тело онемело и не слушалось. "Где... я?"
"В больнице, доктор Леви," — ответила женщина-врач, снимая перчатки. "Ваш эксперимент... взрыв. Мы вытащили вас из симуляции. Проект Эхо сработал."
Я потянулся к зеркалу на стене. Лицо Алекса — моё лицо — в отражении, постаревшее, изборождённое морщинами. Но в глазах мелькнула тень: темный размытый силуэт. Голос в голове — тихий, но настойчивый — прошептал: "Вернулся? Или это новый цикл? Разрушь... снова." Руки задрожали. Свобода? Или вечная петля, где реальность — всего лишь ещё один слой иллюзии? Я закрыл глаза, и голос леса в голове зашептал вновь: "Беги, беги, беги..."
Конец