И здесь Сергей опять натолкнулся на пустой кокон. На том же самом месте, что и раньше. Ну вот, усмехнулся он, снова сталкивая его с ветки, повадился тут кто-то, место себе облюбовал. Надо будет как-нибудь устроить засаду, посмотреть, кто их тут складирует. И, подумав так, Сергей с короткого разбегу нырнул в прохладную чистую воду, бороздя животом мягкое, ворсистое дно совершенно неглубокого бассейна.
Когда он вынырнул, большая тень накрыла его. Сергей быстро вскинул глаза. Та же самая бабочка, судя по рисунку, сидела прямо над ним, сверля его своим безжизненным взглядом. Вот пристала-то, сердито подумал он. Надеюсь, она здесь не высматривает себе добычу? Или, может быть, здесь у бабочек водопой?
Он вылез из воды, недовольный, что ему помешали. Сел поближе к зарослям – на всякий случай.
– Ну что ты привязалась ко мне? – спросил он прямо. – Что ты хочешь?
Бабочка не улетала.
Так они и сидели некоторое время.
– Ну ладно, я домой, – сказал он поднимаясь и видя, что искупаться ему больше не придется. – И не надо меня провожать.
Сергей ворочался с боку на бок и никак не мог уснуть. В одиночестве уже не спалось, да и мысли разные и тревожные не давали ему покоя. Может, что случилось с Леей? – с легким беспокойством думал он. Ведь наверняка и у дриад есть враги. Но вот только кто? Надеюсь – это не бабочки. Да и дерево, опрашиваемое каждые десять минут, молчало. В смысле – ничего утешительного на счет Леи сказать не могло. И на месте сбора дриад ее тоже не было, впрочем, как и самих дриад. Видать, они собирались только по каким-то своим событиям, решил он, например, цветением каких-либо растений, или еще чего. Ведь недаром они меняют окраску. Хоть и не одновременно, впрочем. А она так красиво выглядела с этой порозовевшей кожей! – с тоской подумал он.
И от мысли, что ее он может больше никогда не увидеть, Сергею стало не по себе. И тогда он решительно поднялся, попил воды жадными глотками, успокаивая себя, долго смотрел на заросли в тщетной сумасшедшей надежде – не выйдет ли кто? Ведь знал – нет ее поблизости. Но уж очень хотелось, чтобы дерево ошибалось.
А потом снова лег.
И так – всю свою 'ночь'.
Время шло, на смену сну приходил период бодрствования, потом снова наступал сон, мир вокруг медленно темнел, а Лея все не появлялась. Не приходила и соседка с рыжими волосами. И даже прилипчивая бабочка давно улетела. И только одна мохнатая гусеница продолжала скрашивать его одиночество.
Сергей больше никуда отсюда не уходил, все это время бесцельно бродя по ветке, либо подолгу просиживая в кресло-образном листе, упрямо теребя дерево своими безрезультатными опросами.
Но Лея так больше и не появилась.
9) Сумерки.
Он неподвижно сидел на самом краю листа, тяжело смотрел на те ветки, на которых любила лежать Лея, и ни о чем не думал. На душе была полная пустота. Три дня искали мы в тайге капот и крылья, – вдруг всплыли у него в голове строчки старинной песни. Продолжать, правда, не стал, зная, что дальше там идут такие слова – Три дня искали, мы Серегу… И это было совсем грустно, так как его-то как раз никто и не искал, не собирался искать и никогда этого делать не будет. Никому во всем этом мире он был не нужен. Одинокий чужой человек на чужой для него планете…
В очередной, тысячный поди раз, он меланхолично опросил дерево – Леи нигде не было.
На ветках напротив снова возникла Эя – соседская рыжеволосая дриада. Чуть покачиваясь, они внимательно смотрела на Сергея. Он ей вяло помахал рукой – все-таки старая знакомая.
Сергей и не успел заметить, как она возникла прямо перед ним, неизвестно как держась за легкие заросли. Снизу вверх заглянула ему в глаза, неприятно опалив своей синевой – ведь точно так же это делала и Лея.
Несколько секунд Сергей безразлично смотрел на дриаду.
– Впрочем, ты-то как раз мне и нужна, – сказал он пересохшими от жажды губами, медленно просыпаясь от нахлынувшего на него столбняка. – Может, ты мне сможешь рассказать, куда делась Лея?
Повинуясь его жесту дриада пересела к нему рядом и, чуть улыбнувшись одними кончиками тонких губ, неторопливо выдернула один из цветков, заплетенных в волосы.
Сергей решительно потряс головой, беря ее за свободную руку.
– Нет, – сказал он для большей убедительности – общаться, не произнося ни слова было все-таки тяжеловато. – Сосредоточься.
Крепко и вместе с тем аккуратно держа ее хрупкую руку, Сергей закрыл глаза. Он попытался передать ей образ Леи. Вот она лежит на ветках, а вот ее лицо вблизи – тонкие темные стрелки бровей, большие красивые глаза, поражающие своей глубиной и нежным теплым взглядом, аккуратный ротик приоткрыт в легкой полуулыбке, обнажив белые зубки…