Она отыскала для Леся всю соответствующую одежду за исключением рубашки. Рубашек нигде не было, и Барбара, отказавшись от поисков, принялась размышлять над разбитой супницей.
Касенька тем временем взяла в детском саду ребенка, купила продукты и возвращалась домой в чувствах смешанных и весьма двойственных. Она твердо помнила, что где-то ночью, по возвращении Леся, устроила запланированный непристойный скандал. Возмущение и негодование сменялись беспокойством, ибо она никак не могла вспомнить подробностей скандала и уж понятия не имела, как Лесь этот скандал воспринял. По её мнению, он должен встретить её сейчас дома полный раскаяния, испуганный, уступчивый, обещающий исправиться, но, возможно, она переусердствовала со скандалом и Лесь обиделся.
Открыла дверь, вошла: в собственной её комнате совершенно чужая, молодая и красивая женщина задумчиво стояла над кипой мужниных вещей. Касенька опешила.
Барбара, гадая, где бы отыскать рубашку, услышала звук ключа и поняла — возвращается необыкновенная хозяйка. С любопытством посмотрела на дверь.
Дамы молча и неподвижно некоторое время изучали друг друга. В голове у Касеньки взрывались мысли одна страшнее другой. Лесь погиб в катастрофе, а эта женщина привезла его одежду!.. Забралась воровка и сортирует вещи!.. Лесь оскорбился, решил её бросить и прислал за вещами любовницу!.. Не смеет показаться ей на глаза!.. Он арестован, и это инспекторша делает обыск!..
— Что это значит? — спросила Касенька прерывающимся голосом. — Как вы сюда попали?
— У меня ключи есть, — рассеянно ответила Барбара. — Где у вас лежат его рубашки?!
— В шкафу, — машинально сообщила Касенька. — А зачем вам рубашки?.. В чем же дело?!..
До Барбары наконец дошло: надо объясниться.
— Ох, извините, я коллега вашего мужа. Он сейчас сидит на работе в двух халатах, а больше ничего нет. Надо было приехать за одеждой, собирался наш сотрудник, но в последнюю минуту не смог, вот и пришлось мне. А рубашек вовсе нет в шкафу, ничего не могу найти.
Касенька испытала неимоверное облегчение и вместе с тем совершенно растерялась. Она, правда, привыкла к сногсшибательным подвигам муженька, но до сих пор он еще никогда не терял одежды и к тому же на работе. Что же еще, Боже праведный, случилось на этот раз?!
Выражение её лица побудило Барбару прекратить поиски. Через четверть часа начали искать вместе и обнаружили рубашки хозяина дома в тумбе с обувью. В свою очередь, выражение лица Барбары побудило Касеньку к откровенности, тем более что осколки супницы предательски хрустели под ногами.
Взаимные объяснения затянулись, приобрели характер личный, и непонятно как обычно сдержанная Касенька поведала Барбаре угнетающие свои проблемы. Кульминацией Касенькиных признаний стала сцена в кабацком стиле.
— И вы всего лишь супницу… Больше ничего? — спросила Барбара со странным блеском в глазах.
— Да, — смутилась Касенька. — Знаете, я не умею, опыта нет… А вы? Вы умеете скандалить?
Барбара с минуту молчаливо смотрела на нее.
— О, да… — в её голосе прошли модуляции опытной тигрицы.
Касеньку разобрало любопытство. Решительно необходимо с этой женщиной поговорить поподробней. Она вышла в кухню и поставила на газ чайник.
— Давайте по чашке кофе, — оживилась она. — Видите ли, у меня столько проблем…
Через час обе дамы по уши погрузились в чрезвычайно поучительный обмен опытом. Диапазон обсуждаемых вопросов расширялся с минуты на минуту, а хрупкая поначалу нить взаимного любопытства и симпатии приобрела мало-помалу крепость корабельного каната.
Оставленный на службе Лесь развлекался бодрящим душу пением и упоительными мечтами. Но через два часа замерзли ноги и захотелось есть, а потому певец обратился к темам прозаическим. Куда, к черту, пропал Януш с одеждой? Под трамвай, что ли, попал? За два часа в любом случае можно дойти до его квартиры и вернуться даже пешком! А вдруг разъяренная Касенька не угомонилась за прошлую ночь и продолжает загадочную активность? Вдруг взяла и арестовала его одежду?..