Лицо Эрнальда расплылось в хитрой усмешке.
– У тебя будет провожатый.
– Провожатый?
– Да, и ты уже с ним познакомился.
И тут появилась Хима, на лице которой застыло отвращение. В вытянутой руке она держала клетку со Стексом. Она поставила её на пол, брезгливо отряхнув руки.
Флуффи приподнял уши, проснулся и засеменил к гоблину, по привычке лая на него.
– Отстань от меня, – произнёс Стекс.
Пёс, казалось, понял гоблина и отошёл в сторону, устроившись в дальнем углу комнаты.
– Стекс, – обратился к нему Эрнальд, – у меня к тебе большая просьба. Не согласишься ли ты проводить Фрижеля и его друзей в Варог, к Тёмной башне, как когда-то ты это сделал для меня?
– Нет, даже и не подумаю! – ответил гоблин, почесав нос.
Фрижель едва сдержался, чтобы не расхохотаться ему в лицо, – настолько наглый тон этого мелкого существа не вязался с уважением, с которым к Эрнальду относились сарматы.
– Что ты хочешь взамен? – спросил Эрнальд.
Гоблин уцепился руками за решётку клетки.
– Выпусти меня наконец отсюда. И дай мне жгучего порошка!
– Стекс, но ты ведь знаешь, что это невозможно.
Гоблин с такой силой принялся раскачивать свою крошечную тюрьму, что она подпрыгивала на месте.
– Хватит дурачиться, Стекс, – попросил Эрнальд.
Стекс повернулся к ним спиной и затих.
Эрнальд посмотрел на Фрижеля с лукавым видом и прошептал:
– Он передумает.
Тень грусти вдруг пробежала по его лицу. Он смущённо опустил голову и уставился на свои руки.
– Фрижель, – пробормотал он.
Но тут его голос дрогнул. Юноша постарался сохранять спокойствие, но вопреки всему его руки задрожали, и он не мог унять дрожь. Когда Эрнальд вновь поднял на него глаза, в них стояли слёзы.
– Я… я тебе никогда не говорил об Эноре, твоей матери.
Фрижель застыл на месте.
Энора…
Нет, дед действительно никогда не говорил о его матери. Но теперь, когда у него было так тяжело на душе, Фрижель боялся того, что может сейчас услышать.
Глава 14
Клетка Стекса опять запрыгала на месте.
– Тише! – вопил гоблин. – Вы, оба, замолчите наконец!
Фрижель едва сдерживал раздражение. Это ничтожное создание начинало действовать ему на нервы. Неужели он никогда не получал по заслугам? И неужели он смеет думать, что у них с Эрнальдом нет дел поважнее, чем выслушивать его вздор? Юноша пытался отыскать во взгляде деда хотя бы какую-то поддержку. Но Эрнальд с видимым беспокойством смотрел на гоблина, и Фрижель заметил, что противное существо приложило зелёное ухо к полу клетки. Казалось, он слышал то, чего не слышали другие.
– Что он делает? – спросил Фрижель у деда.
– Не знаю, – признался Эрнальд. – Но гоблины понимают язык животных. Может быть, он что-то услышал?
Стекс поднялся и вцепился руками в решётки клетки.
– Вакиза, выпусти меня отсюда! – крикнул он.
В его голосе не было прежнего приказного тона, в нём звучала мольба. А в маленьких чёрных глазах метался ужас.
– Спруты! – кричал он. – Спруты заговорили!
– И что они говорят? – спросил Эрнальд.
Гоблин посмотрел на них, дрожа от страха.
– Нас атакуют, – проговорил он. – Десять кораблей, а может, и больше. Они окружают город!
И вдруг крики, раздавшиеся со стороны лестницы, привлекли их внимание.
Алиса и Абель показались в проёме двери. Кое-как они пытались удержать мужчину, который боролся с ними с решимостью зомби, встретившего на пути калитку. Его форма разведчика Таранки насквозь промокла, и вода капля за каплей стекала на плиты пола.
Абель толчками подвёл пленника к Талес, которая сидела поблизости одной из колонн, и, дав ему хороший пинок под зад, заставил преклонить колени. Схватив мужчину за волосы, как это сделали бы Хима с Хуггином, и вызывающе посмотрев на пленника, Абель расчехлил меч и приставил его к горлу шпиона. Фрижель знал, какую сильную любовь испытывал Абель к добротному оружию. Во время странствий по Нетеру друзья использовали в сражениях сделанные Абелем бриллиантовые мечи. Но тем не менее он сохранил свой старый железный меч. И если Абель использовал его теперь, на глазах у Талес, то это не было вызвано простой случайностью, и, видимо, этим он хотел сказать: «Посмотри, я не скрываю от тебя своего происхождения. И суди обо мне по моим делам, а не по моим корням».
– Мы нашли его плывущим по направлению к городу, – сказал Абель, едва переводя дух.
Талес встала и посмотрела молодому архитектору в глаза. Казалось, всё это произвело на неё благоприятное впечатление, поскольку Талес, величественно кивнув, произнесла, приблизившись к Эрнальду: