— Варда, ваша милость, — смущённо говорит блонда.
— Антара, ваша милость, — тёмно-янтарная отвечает более смело.
— Надо же, в нашем языке созвучно цвету твоих волос.
— На системном обозначает именно его, поэтому так и назвали, — она стрельнула своими голубыми глазками.
— Накладывайте, не стесняйтесь, — судя по их талиям, регулярно проводят сеансы «лечебного голодания».
— А вы, ваша милость?
— Не беспокойтесь, голодным не останусь.
Мне, с переданным энергоеденьем(D, 1\1), есть совсем не обязательно, но отказываться от оленины и местной рыбы не стал, отведал, дабы представлять вкус блюд.
«Как минимум рыбаки в этом городе останутся, бухта очень удобная, не зря здесь давно стоит город» — принимаю решение, которое одобрит и Первооснова.
С ужином закончили, расходимся по палаткам, разложенным из карт.
Варда и Антара с нескрываемым удивлением рассматривают внутреннее убранство. Благодаря вложению божественной маны, внутри тепло, светло и чистейший воздух.
Устраиваюсь на диване: «Присаживайтесь», — похлопываю с двух сторон от себя. Переглянулись, присели.
— Первый вопрос: кто ваши родители, и знают ли они о том, где вы находитесь?
— Наши родители умерли, когда мы были маленькими, ваша милость, — за двоих отвечает Антара, — мы воспитываемся при Храме.
— Вот как? Простите, не мог даже подумать. Хорошо, тогда второй вопрос: вы понимаете для чего вы здесь и не против этого?
— Понимаем, ваша милость, и не против, — задействованная истинность слов подтверждает утверждение.
— Тогда последний вопрос: хотите ли последовать за мной на южный остров? — в качестве жён вряд ли, скорее наложниц. И не передерутся ли они?
— Если будет так угодно, мы готовы последовать за вашей милостью. Здесь нас ничто не держит.
— Отлично. Раз так, больше не называть меня «вашей милостью», просто Андрей.
— Андрэ…? — переспрашивает Варда.
— Ан-дрей, — поправляю её, она повторяет, следом Антара.
Показываю им душ, они в восторге от горячей воды, по очереди помылись, иду я, терзаясь вопросом: не засмущаются ли секса втроём? Всё-таки эта мужская мечта сильно горячит воображение…
— Антара? — она застигла врасплох, войдя ко мне в душевую. Называется, расслабился, распустил слюни. Гормоны забурлили в крови. Намечается первый секс у этого тела и сознания-души.
До конца гнобить себя не стал — чувство опасности (эфир) сигналов не подавало, убивать не намеревается. Но на будущее стоит быть аккуратнее — секундная расслабленность, когда снята боевая форма и отключена несокрушимость — и Первооснове горевать по глупому клону, что сжёг десятку божсилы и уйму очков Системы.
«Голод не смог испортить юное тело, только пушок внизу потом обязательно убрать» — оцениваю девичью фигуру.
После моего вопроса она как будто растеряла решимость, стоит, не знает, куда деть руки — то ли прикрываться, то ли держать за спиной. Ладно, не буду заставлять ждать, шагаю к ней, заграбастывая в свои лапы.
Чёрт, совсем не могу себя сдерживать, поднимаю, поддерживая руками за попку, а её ноги оказываются у меня на предплечьях, прижимаю к стенке, вхожу. Девушка охает, обхватывая руками шею. Быстрое окончание, вижу кровь на члене и у неё:
— Тебе больно? — ужасаюсь я. Неужели был настолько неаккуратен?
— Немного, — отвечает она. Прохожу исцелением по низу живота, при этом диагностикой не видя никаких повреждений.
— Это у тебя первый раз? — уточняю.
— Да. Я сделала что-то неправильно?
— Нет, наоборот, хотя бы ничего не испачкали кровью. Надо всё хорошенько смыть.
— А… Андрей, могу я попросить тебя не разлучать нас с Вардой, мы дружим с детства…
— Я точно не собираюсь этого делать, обещаю.
После выхода из ванны Варда сразу подскочила к подруге, укладывая на диван.
— С ней всё в порядке, у меня есть исцеление, — успокаиваю ту, похоже, она знала?
— Слава богам!
— Давай расстелем ей кровать, пусть поспит, — моя мечта сегодня явно не сбудется…
Варду увожу в спальню, и вот она не девственница. Хотя видно, что опыта немного, но подкупает напором и желанием угодить, сама проявила инициативу, спустившись вниз. В общем, ночь прошла настолько замечательно и ударно, что утром пришлось использовать Свежесть.
Помятыми были «не только лишь все», но даже «женатики», стоявшие на посту. За это им увольнительную, а дорвавшимся до сметаны котам — нет. Про себя вообще не говорю — до возвращения Основы практически «бессмертный пони».