На моё плечо ложится грубая большая ладонь, заставляя трепещущее тепло разливаться с новой силой.
Его губы совсем близко, настолько, что мы делим на двоих один воздух, растворяющий нас в своем горячем вакууме.
–Ты мне так нравишься, Яра.
Голос Антона дрожит, предательски обнажая все его чувства, а я, кажется, впервые по-настоящему осознаю, что они действительно есть. Ко мне.
Становится страшно. Уж не знаю, я ли это, или мои внутренние демоны, но меня будто окатывают ледяной водой, заставляя отдёрнуться от его губ, уже находящихся в такой опасной близости.
–Прости...я...
Пытаюсь дышать ровно, ловя ртом крупицы воздуха, а в голове вертится лишь одно: «Рано. Слишком рано».
Антон подрывается с кровати, небрежно взлохмачивая свои волосы.
–Нет. Ты меня прости. Я – придурок.
Он выглядит таким растерянным.
На меня тут же накатывает чувство вины.
–Я...я просто испугалась. Прости, прости...
Но в его янтарных глазах нет и намёка на обиду. Лишь нежность.
Да. Именно ко мне.
Робкий стук в дверь. Затем неловкое покашливание. И только после этого я замечаю, что мы были не одни.
Антон многозначительно улыбается и виновато опускает глаза, будто бы молча извиняясь за незапертый замок.
–Я тоже должна извиниться, наверно...
Таня оценивающе нас обсматривает, изо всех сил пытаясь спрятать ухмылку на лице.
–Идёмте, у нас гости...
Глава 8
Моя комната находится в самом конце небольшого прямоугольного коридора на втором этаже. Короткая, обычно занимающая не больше минуты дорога вниз, сейчас производит впечатление вечности. Может быть это страх, а может и рука Антона, которая так нежно сжимает мою ладонь.
Но есть здесь что-то ещё...
Что-то, что кричит изнутри, рвётся наружу. Оно стучится во все мои внутренние двери, заставляя прислушиваться.
В последнее время чувства будто бы обострились. Антон и Таня говорят, что после вмешательства ведьмы во мне просыпается леший. Появилось какое-то предчувствие, словно странная сила обнажает всё, что до этого было надёжно спрятано. Страх по-прежнему со мной, а иногда даже паранойя, но всё же, я что-то чувствую там внутри. Это похоже на опору, или понемногу вырастающий фундамент, который крепнет с каждой секундой.
Во мне словно борются два первобытных начала.
Неизвестность пугает меня, но я чувствую силу.
Вот только эти слова...
...затаись, пока не съели...
...затаись, пока не съели...
...затаись, пока не съели...
Чёрт бы их побрал.
–Эй, родная, не пугайся нашего гостя, он немного своеобразен, знаешь ли...
–В каком смысле?
–Увидишь.
Таня дёргает бровями, слегка поджимая губы, и виновато опускает глаза.
Ладно. Вряд ли теперь что-то может меня испугать по-настоящему. Ну, разве что паук, или мышка. Как в старые добрые...
Улыбаюсь внутренней улыбкой, представляя, как эти слова произносят губы Антона. Его красивые губы...
Стоп. Слишком много мыслей. Ненужных, лишних мыслей.
Соберись. Пожалуйста.
Ноги переступают очередную ступеньку, приближающую к входу в гостиную, и я начинаю чувствовать странный запах, который заполонил весь первый этаж, даже несмотря на приятный аромат свежих, только что брошенных в камин поленьев.
Впрочем, этот запах издаёт тоже дерево.
Живое, одетое в какой-то длинный запылённый балахон...дерево.
Пару недель назад я бы провалилась на месте. Но не сегодня, пусть от одного его вида хочется с радостью это сделать.
Оно пристально осматривает меня своими мелкими глазками, которые больше походят на едва заметные точки в углубленных глазницах. Несколько секунд стоит неподвижно, не моргая и не дыша. Ловлю себя на глупой мысли, что у него совсем нет носа, а вместо привычного рта какая-то неровная и перекошенная полоска.
Понимаю, что нужно поздороваться, однако я не успеваю даже пикнуть, как существо делает огромный шаг вперёд.
И вот тут моё сердце пропускает пару ударов. Дерево, настоящее, только вместо того, чтобы спокойно стоять себе в лесу, оно двигается, имеет мимику и, по-видимому, наделено способностью думать.
Оно поднимает свою правую руку, скорее напоминающую разветвлённую на три части корягу, и прикладывает её к моему лбу, что-то неразборчиво шепча и наговаривая.
Первое, о чём я думаю, это не останется ли у меня на лице занозы…
Глупо.
Лишь спустя несколько секунд я начинаю разбирать отдельные слова. Странный язык, много шипящих звуков и длинных гласных, похожих на нелепую абракадабру.
Дерево словно шепчет мне на ухо какое-то заклинание, то и дело, обходя меня по кругу. В какие-то моменты мне даже кажется, будто оно читает мои мысли. Очень похоже на прошлый раз, когда Люсиль совершала свой ритуал.