— Лапочка, поставь корзинку и займи позицию, маленькая юнга. Папочка Боцман тобой займётся. — наконец справившись с планшетом раскомандовался Боцман.
Иду на койку, по пути снимаю мешок. Становлюсь на три кости. Ну не предназначена эта койка для постельных утех, ну узкая она. Впрочем, я Боцмана давно знаю, ничего и не будет.
Боцман аккуратно разматывает накрутку на груди, блин, как будто археолог мумию раскрывает.
Добрался до сисек, ну наконец, то.
Медленно сжимает каждый сосок и гладит грудки, приятно, но как-то стыдновато что ли, Боцман мой самый старый клиент, мне в деды годится, и в такие моменты накатывает какое-то чувство неправильности, даже сказать гадливости. Ну хоть стреляй меня, в голове е укладывается такое понятие «Дедушка-Ёбарь». Тут либо Дедушка, либо Ёбарь. Либо трусы, либо крестик.
Начинает гладить живот медленно спускаясь к киске, я выпрямляюсь стоя на коленях, и улыбаюсь во все тридцать два зуба, всем видом показываю, как рада.
Ну с одной стороны Боцман это далеко не самое худшее в моей жизни здесь, с другой стороны, дедок в чём-то даже и прикольный, ну во всяком случае не злой, а ещё с третьей стороны обидеть дедушку можно, а вдруг он нажалуется Хозяину, нет лучше я буду светиться счастьем, так проще жить.
Начинается второй этап. Он вытаскивает сзади конец набедренной повязки, и всё мои дырочки готовы к использованию. Начинается теребленье обоими руками. В киску и попку засовываются по паре пальцев.
Была бы та деваха из планшета, я бы показала мастер класс по стенанию.
Мой стон нежный и чистый, как дыхание девственницы, идёт из самого сокровенного места моей груди. Дед убыстряется, я улавливаю такт и начинаю стонать и шумно дышать синхронно.
Дед распаляется и вскакивает передо мной.
Начинается третий и слава Богу последний этап Марлезонского балета.
Я спускаю его штаны, в нос ударяет тягучий старческий запах, и с видом несказанного удовольствия беру его старый стручок в рот. Во рту запах мочи.
Дед ну ты бы хоть утром умывал, бы не только лицо, но и член, заешь же что девчонкам твой сморчок облизывать.
Минут пять я стараюсь, потом дедок крякает и убирает хозяйство в штаны.
Полный ноль, но я старалась.
Дедушку потому и зовут Боцманом.
Когда он только устроился, в первый раз девчонка минут двадцать его ублажала ротиком, ну никак.
Он посмотрел на её старания и рассказал анекдот:
«Пошёл Боцман в портовой бордель.
Снял девочку, делает она миньет,
Десять минут, не стоит, двадцать не стоит,
Через пол часа девочка говорит:
«Боцман, ну не стоит он что не делай»;
«а мне не надо чтоб стоял,
Главное, чтобы блестел!»;
Мы там всей людской пол часа ржали.
— Молодец юнга, уважила старика. Вот тебе подарок. — Дедок вроде доволен.
В киску мою аккуратно засовывается что-то округлое.
Не может быть!!!
Настоящий Чупа-чупс!!!!!
Здесь сладкое роскошь, не может быть, чтобы на меня потратили ЦЕЛЫЙ ЧУПА-ЧУПС!!!!
— Спасибо Деда Боцман.
— Угощайся маленькая. — дедушка сама милота.
Я вынимаю, увы нет это не Чупа-чупс, это леденец, местные готовят такие, я лизнула, ммм вкуснота. Сладенький.
Тут у нас кроме грибов ничего и нет, я этому леденцу рада!! Да дома так тортикам не радовалась.
Дед тоже доволен. Прикольный дедок. Пока настроение у него хорошее, надо попробовать себе устроить будущее.
— Деда Боцман, а вы меня не выкупите?.. я о Вас заботиться буду… и всегда рядом буду, я и готовить могу и убираться… Ну возьмите меня…— я смотрела в его глаза и упрашивала…
Дедок смутился.
— Деточка, но как я тебя возьму, бабка будет недовольна, что молоденькую привел, знаешь какая она ревнивая???? У-У-У. сразу хозяйство отчекрыжит. — Боцман виновато развёл руками.
Я поклонилась, Боцман глазами проследил как мои груди отвисают при поклоне.
От души поблагодарив дедушку за леденец, и доставленное удовольствие, начала наматывать на груди повязку.
За леденец я и впрямь благодарна. Местные отлили его в виде шарика на деревянной палочке, сплошной натур продукт. Они молодцы, не умея создавать почти ничего из современных товаров стараются хотя бы форму придавать вещам знакомым по той жизни.
В аквариуме дедок разобрал корзинку и уже разворачивал хлеб.
Мы тепло попрощались, и я отправилась назад. В мешке, но с корзинкой. После встречи с серым дедом-волком. Я непроизвольно вспомнила, детский стишок:
«…Нехитрый скарб обняв в охапку, качаясь, безо всяких тайн,