Бригада занималась своим делом, из моторного закутка, доносился шум двигателя компрессора, там Костик что-то шаманил с оборудованием. Гаврилыч приложив ладони к панелям, сохраняющим холод, напитывал их магией. Маг читал заклинание и поверхность вокруг его ладоней окутывалась синим, зелёным или белым сиянием.
Я принесла из печного сараишки, скамейку и мы мило как две подружки у дома проболтали все обслуживание, правда Эльза, так зовут мою новую подружку, время от времени бегала помогать то Костику в машинный закуток, то Магу приносила какие-то магические штучки.
Потом мы с Костиком одели панели. Мне уже было намного проще, я наблатыкалась крутить болты, как оказалось ничего сложного. Особенно на верху, мы с Костиком крепили, а Маг с рабынькой подавали их на верх, в четырём всё проще оказалась чем втроём.
Я помогла собрать инструмент и отнести его в машину, тут на заднем сидение есть свободное место, оно явно меня дожидается.
— А теперь самая приятная часть работы – Обед! — радостно возвестил Гаврилыч.
УРААААА! Сейчас меня покормят, сейчас я буду кушать, за столом, вместе со всеми.
Я так захотела крикнуть во всё горло «Грибы прощай» едва сдержалась.
Мы все вчетвером вошли в кухню. Там у нас с правого боку есть отдельный стол, где обслуживающий персонал, всегда ест. Нас само собой туда не пускают.
Мы всей гурьбой расселись за столом на стульях, на прекрасных стульях с мягкой сидушкой. Сейчас Ленстепановна скажет, что у нас будет на обед, и мы будем выбирать из нескольких блюд. Я сама себе завидую.
Видела бы меня сейчас Машка, своим змеиным ядом захлебнулась бы.
Ленстепановна явно прибалдела увидев меня сидящей за столом, посмотрела странным взглядом. Только вот почему-то мне не понравился её взгляд, как будто она меня жалеет.
— Олеся, Вам не кажется, то Ваше место у параши. Господа, в нашу компанию затесалась халявщица. — обернувшись ко мне с улыбкой сказала рабынька.
— Я… Ну я же... Вы же сказали, что я же… я же прошла. Вас же всё устроило. — у меня перехватило горло.
— Ты же… ты же… ты же просто дура, и ничего кроме как раздвигать ноги не умеешь — передразнила меня рабынька.
Мужики похохатывали над не мудрёной шуткой
— Хотите анекдот про новую лохушку. Я сказал ей подать трещотку на тринадцать, она на шурупере выставила усилие на тринадцать, и чуть от счастья не обписалась. — добавил в общее веселье Костик, — А ещё она болты даже не умеет откручивать, тянет болт не зажав гайку.
Последняя фраза развеселила всю бригаду.
— Какие же вы все гады. Могли бы и просто трахнуть, ну зачем на уши приседать с дружбой то. — у меня слёзы на глазах я выскочила из-за стола. По дороге со слепу налетела на Ленстепановну. Сильные руки поварихи прижали меня к себе. Я разрыдалась, а Ленстепановна гладила меня по головке и успокаивала.
— Ты молодец, с тобой был не просто трах, а трах душевный. Ты так надеялась, что тебя возьмут в бригаду, что постаралась с огоньком, а секс на стеллаже холодильника, это вообще пять из пяти.
Приятно смотреть на дурочек, вроде тебя, все шебуршитесь, мышкуете, на что-то надеетесь… дуры бабы. — Гаврилыч прочитал целую лекцию, а я слезами давилась.
— Господа, Вам не кажется, что нас рабыня назвала «Гадами», оскорбление свободных людей со стороны рабов, вполне тянет на порку. — немедля настучала на меня рабынька, ссука...
— А Вы и есть гады, навешали на уши рабыне хрен знает, чего, трахнули всей бригадой на халяву, а сейчас ещё и пороть собираетесь, хрен Вам. На моей кухне я сама порю кого надо. И не хрен тут мне права качать, не платили за то, что получили. — Ленстепановна взорвалась просто от того, что рабыня много себе позволяет.
— Ладно господа, хватит веселья пора обедать. — закончил перепалку Маг.
— Все деточка, успокойся и пойди умойся, ничего страшного не случилась, их Бог накажет — Ленстепановна кое как меня успокоив, потащила умываться.
Когда минут через пятнадцать, я проревелась умылась и подмылась, придя в кухню, компания уже закончила жрать. На столе громоздились пустые тарелки, а гады прибывали в благостном состоянии духа.
— Ну все мужики, работу сделали, девчонку поваляли, пообедали, давайте акты на подпись. Валиев в отъезде распишусь о выполнении я и Катька с ресепшена. — видя, что три гада доели, повариха вернула все в рабочее русло.
Стервочка мило улыбнулась и напоследок съязвила:
— Глупышка, можешь все за нами убрать, и перемыть посуду, как думаешь, тебе можно поручить такую сложную работу?