Я взяла стандартную, не длинную не короткую. Не очень приятные воспоминания от неё.
Меня пару раз пороли за залёты, вещь страшная с ремнём не сравнимая, жопа потом болит, неделю вся в синяках, к клиенту выпустить страшно, спишь на животе, а потом ещё и внутри ягодиц образуется как бы уплотнения, болезненная зараза, просишь кого-то из девчонок, и они тебе разминают ягодицы, болезненно, но если не разминать, то неделю не сядешь на зад, да и ходить будешь на раскоряку.
А главное, что после горячих принципиально не лечат, ждут, когда само рассосётся, а так в чем смысл наказания? Выпороли и сразу вылечили…
К ротангу полагается специальная защита две плетёные циновки, одну наматываем выше ягодиц, другую ниже. Если исполнитель промажет, чтобы не отбить почки или попортить мышцы ног. Сами ягодицы обматываются куском брезента, ткань боль не смягчает, но не даст рассечь кожу.
Я, еще проходя мимо стеллажа взяла один кляп. И рысаком из этого ужасного места.
Диана Валентиновна уже ждала меня в людской, полностью готовой к наказанию. Она сидела на стуле закинув ногу за ногу и просматривала женский журнал, нам иногда они достаются после постояльцев. Шикарная коса была собрана на голове в рульку, чтобы не мешалась.
Такие мелкие детали, показывают, что рабыня опытная, много повидавшая, и проблем с ней на наказании не будет.
Из одежды на ней был только рабский ошейник. Я не смогла удержаться, не глянув на её груди, там было на что посмотреть, зачетные большие титьки, не то что у меня.
— А, Олеся уже всё готово, как мило. — и заметив мой взгляд продолжила, — Увы не мои, ты же знаешь, Кормилец делают только из тех копий, которые попадают сюда на третьем и выше месяце беременности. Компрачакосы делают аборт, и перестраивают организм чтобы рабыня могла в любой момент становиться кормящей. А груди увеличивают, чтобы ребёнку проще было взять. Я троих барчуков выкормила, никто не жаловался. А там у меня была грудь второго размера. Так что не мои.
— Какой ужас Госпожа! Мне тоже груди увеличивали, резали да сшивали, знаю какой адский адище к этим уродам попасть. — я связала ноги у щиколоток, ещё под коленями и подала шерстяную петлю дыбы.
— Спасибо! — поблагодарила Диана Валериевна, всовывая кисти рук в петлю, — но, ты же знаешь, меня не нужно звать Госпожа, когда нет хозяев. Я такая же рабыня, только живу при хозяйских детях.
Я подняла Кормилицу лебёдкой под самый потолок, и чтобы ноги не дёргались, закрепила их специальной цепочкой к кольцу в полу.
Тут есть одна особенность, когда порют тростью, нужно чтобы удары ложились ровно по ягодицам, параллельно друг другу. Как известно из школьной геометрии параллельные прямые не пересекаются, а если всё же пересеклись там могут быть травмы, да и очень болезненно, когда бьют по битому. Поэтому желательно, чтобы ягодицы наказуемого находились на уровне плеч экзекутора.
— Дина Валентиновна, вы же дружите, с Хозяевами, Вы же не виноваты в том, что эта кружка разбилась, да и цена ей копейка, а почему Вы не попросили не наказывать Вас? — спросила я, завязывая циновки на ногах и спине Кормилице.
— Олеся, Вы добрая девушка, пусть Вам повезет в жизни, и Ваши отношения с Хозяевами будут иметь чуточку тепла, запомните, никогда не пытайтесь конвертировать Ваши отношения в выгоду и тем более не пытайтесь избежать наказания, Вы только потеряете уважение в их глазах, и снова опуститесь до обычных рабов. Я Вам открою один секрет, Хозяев просить о смягчении наказания бесполезно. Если после рабских просьб они отменят наказание, то их перестанут бояться рабы. Про отношение Хозяев и рабов, если тебе это интересно, потом я могу целую лекцию прочитать, были бы свободные уши. Интересно? — заинтриговала меня Кормилица.
Ещё как интересно, папа говорил Знание за плечами не носить. Но здесь и сейчас не до этого.
Брезент был надёжно закреплён на специальных петлях в циновках. Тут тоже нужна сноровка, брезент должен плотно прилегать к ягодицам, если закрепить кое как, то экзекутору не видно будет куда бить, и удары будут не ровные.
Перед тем как я вставить кляп, я решила морально поддержать Кормилицу:
— Диана Валериевна, на смене Катерина Михайловна, всё будет хорошо.
— Далеко не худший вариант по сравнению с Ниной Павловной, та откровенная садистка. Но и не лучший. — Кормилица выразительно посмотрела на кляп, который завис у меня в руках.
Ой, да, что я садистка конченная, подвешать наказуемую и трепаться за жизнь пока она мучается. Был у меня такой клиент, в комнате радости, поднял на дыбе на вывернутых руках, сел в кресло, достал черпак водочки и под огурчик затирал мне, что его никто не любит, и семье нужна только его зарплата. У меня слёзы текут от боли в суставах, а он меня как психоаналитика использует, лучше в зад бы использовал, да отпустил. Гаденыш. Хотела сказать: «А Вы о самоубийстве не думали, так подумайте, очень знаете рекомендую.»; кляп не дал, только мычать и могла.