Подойдя на ресепшен, я увидела, что Катька совсем расклеилась, и стоит с лицом, от которого молоко киснет, а клиенты обегают седьмой дорогой. На мальчика смотреть больно, стоит с ноги на ногу переминается, потерпи, родной щас отпустим.
— Госпожа, позвольте сменить Коридорного. — я с поклоном обратилась к ресепшену, подруги, то мы подруги, но при остальных этим светиться не надо.
— Свободен. — под нос буркнула Катька,
Пацану это только и нужно было, он поклонился и обрадованный ушёл в людскую отсыпаться.
— Кать, а Кать, что случилось? На тебе лица нет. — начала я совать нос куда не надо.
— Отвянь Олеська. — Катька была не в духе.
Была бы на её месте Старшая, я бы подняла ей настроение проверенным способом, становишься на колени и язычком ласкаешь дамскую горошинку.
Но Катька не такая, она не держит при себе подлиз. Хозяевами это не запрещено. Ленстепановна под настроение таскает Коридорных в кладовку и там они её пялят прямо на мешках с картошкой. Сучья спинка любит чтобы её Пассии ублажали. Катька она правильная, она так не поступает, я ей предлагала, когда мальчик бросил, давай стресс сниму, на душе полегчает, один раз даже уговорила, мы ушли в номер, но в последний момент, она застеснялась и ушла.
Хорошая она девка, да не везёт ей с парнями.
Да не смотрите Вы так на меня, не лессба я, да совсем нет, в этом мире все просто, при моей работе разок доставить удовольствие подружке, это не грех, меня клиенты и не так раскладывают, а Катьке я благодарна, что она как к человеку относится, а как ещё рабыня может отблагодарить свободного, да только так. С меня не убудет, а ей надо было расслабиться, в моём то мире девки, когда их парень бросает, с окон выходят да вены режут, так они это делают от дурости, нам бы их беды, там, один ушёл, завтра с другим на дискотеке познакомилась, а здесь мальчик ушёл к другой, то другая создала семью и выжила, а не ты.
Да и вообще, что я тут оправдываюсь!?! Кто дерьма в жизни не хлебал тому меня не судить, а кто хлебнул сам, не осудит…
Я подошла сзади и обняла Катьку, она напряжена как струна.
— Кать, мы же подруги, с семьёй что?
— Нормально с семьёй по Сунгари возвращаются, с острога вчера сообщение пришло. — Катька начала понемногу оттаивать.
Помолчали, Катька собралась с духом и нехотя призналась:
— Сам сказал, чтобы я готовилась. До весны он меня подержит, у Мясоедовых девка школу заканчивает, и её на моё место ставят. А меня в декрет с последующим увольнением. Он сам этого не хочет, боится, что Мясоедов на гостинку глаз положил, но Мясоедовых здесь все боятся и сориться не рискнут.
Хреновая новость, Мясоедовы конченые садисты, у нас рабов про них легенды ходят, одна мерзостнее другой.
В нормальных семьях, когда избавляются от Кормилицы детям говорят, что она домой уехала, ага на зонтике улетела как Мэри Попинс. Некоторые целые представления устраивают, заказывают праздник с аниматорами, дарят ей подарки за верную службу, садят в поезд, она радостная машет из окна платочком, велит детям слушать маму и папу, поезд трогается, дети счастливые идут домой, а Кормилицу на следующей станции уже ждут утилизаторы, всё включено в стоимость детского праздника. Сахарное прощание у нас рабов это называется, аж от сладкого зубы сводит. И всем хорошо. И дети счастливы, некоторые понимают куда Мэри Попинс улетела, аж в старшей школе, письма бывшей Кормилице пишут и даже ответы получают. Родителям тоже на душу грех брать не хочется, многие к Кормилице за десять лет душой прикипают, и отвезти самому на очистные на утилизацию тут немалая сила воли нужна, а так для совести есть лазейка, вдруг её не утилизируют, а пролечат и отправят в другую семью. Да и Кормилицы делают вид что счастливы, ну не сможешь же ты детям, которых вырастила сказать:
«Дорогие дети, завтра меня отвезут на очистные сооружения славного нашего города, потом отрежут голову, ошейник сдадут под отчет, а тело пропустят через большую такую мясорубку и фарш загонят в метановый реактор… Будьте умницами, слушайтесь Маму и Папу.»;