В шесть появилась Ленстепановна, и подъехали весёлые и оттянувшиеся на свежем воздухе наши. Фермер был бы рад их припахать на полях до заката, но мы втроём с Машкой и Кристинкой никак кухню не вытянем, тем более, с девяти начинается шоу, а ещё готовка, а ещё надо помыться, после работы, клиенты не оценят, если девочка или мальчик будет весь в земле с чёрными от картошки руками.
Вода горячая была, и все толпой ломанулись в умывальник отмываться. В людской стало весело и шумно, голые пацаны и девчонки совали по лестнице между людской и умывальником, блин в моём мире нашлось бы без проблем кучу народа, согласных башлять за такое видео долларами, а у нас это бесплатно, хочешь смотреть? Поговори с ресепшеном, тебе стул поставят, смотри на здоровье, никто даже стесняться или прикрываться не станет бы.
Все были сытые и счастливы, фермер махнул рукой и разрешил запечь, целую отбракованную тыкву и с полведра картошки, разумеется, дефектной, не пригодной к хранению, и наши это всё умяли с солью и черным перцем, жаль не было сахара тыкву подсластить, но после гриба, и такая тыква, вкуснее чем торт по-киевски в родном «Самбери».
Мне одна девчонка, разведя руками на метр рассказывала:
— Представляешь Леська, тыква была такая здоровущая, а сладкая, м-м-м-м-м круче эклера с белковым кремом. Если бы не переспела и не треснула, Фермер не дал бы, лучше скормил бы зимой скотине, а раз не доживёт до зимы, то нам и разрешили, Зита на радостях ему миньет сделала, минут двадцать тянула, от души, у нас уже тыква запеклась, а он всё не кончает, чуть она голодной не осталась.
В общем гриб на ужин достанется только нам троим, но, я так думаю он от нас не убежит, тем более есть пока не особо и хочется.
В этих хлопотах из головы вылетела дерьмовая новость про Мясоедовку. А новость и впрямь дерьмовая, нам хватает одной Сучьей спинки, она хоть за место дрожит вот и злобствует, а та сучка бальная на всю голову, вот нам садистки для полноты счастья только и не хватало. Не хочу наших пугать раньше времени, все равно узнают, так хоть пусть не от меня.
Я переоделась в рабочую рогожку, обулась, под вечер стало холодать, я газет в шлёпки напихала, мешковину завязала поплотней, это наш рабский лайфак. Если что случись мёрзнуть будете, всегда можно старые газеты в обувь напихать, и теплее будет, и пот впитает, а потом выкинул и новых напихал. Лучше конечно газету на голую ногу как портянку намотать, а сверху носки натянуть, но кто же нам их то даст.
Ну теперь пора топить печи на ужин.
В первую очередь затопила водогрев, щас все клиенты пойдут мыться, расход воды пойдёт бочками, только успевай таскать уголь, хотя для начала нужно наколоть щепы, старую то я с утра выжгла, а новую на вечер поленилась на колоть, бумага, лучина, сверху щепа, потом колотые полешки. Всё вроде готово.
Беру с полки зажигалку. Нет спички у нас есть, но в быту нам рабам хватает и зажигалки, спички денег стоят, а при этом отсыревают, их делают у нас, но качество честно говоря дерьмо и стоят они совсем не пятьдесят копеек за коробок как там. Вот зажигалкой и пользуемся.
Только это очень странная зажигалка, совсем не похожа на яркого пластика газовые зажигалки, что стоят у нас на кассах в магазинах. Он больше похож на кремниевый пистолет, только без ствола, а сразу, где курок с зажатым в нём кремний там маленькая пиписка, трубка, откручиваешь с неё колпачок, взводишь до щелчка курок, откручиваешь штуцер и наклонив пистолет из соска потечёт керосин, нажми на собачку курок под действием пружины щелкнет о полку, кремень даст искр, и зажигалка зажглась. А тушить ещё проще, штуцер прикрутил поступление в сосок керосина прекратилось.
Поджигаю зажигалкой бумагу, и потихоньку начинает разгораться.
Сперва маленький язычок пламени зажигалки охватывает лист бумаги, потом начинают гореть самые тонкие щепки, не толще спички, они зажигают щепу потолще размером с пол мизинца, а там и более толстые, я люблю смотреть как разгорается огонь есть в этом что-то древнее до цивилизационное, я когда утром зажигаю печи представляю себя пещерным человеком, как я сижу одна с копьём на входе в пещеру, а муж и дети спят в глубине, и я их защищаю от саблезубых тигров и шерстистых носорогов.
И даже как-то вся эта мерзость, что здесь со мной творится, все эти ездуны-ёбари, торгованы-извращенцы, Хозяева-эксплуататоры, всё это кажется далёким и незначительным, что ночь и огонь реальны, а они только плод моего воображения, вернее нет, они мороки и фантомы, порождены ночью и пока горит огонь они ко мне не посмеют приблизится.
Начинает темнеть, я зажгла керосиновую лампу в обрешётке, на нас тут электричество не тратят, зачем, керосин дёшев, света чтобы уголь подбрасывать дает достаточно, а большего тут и не надо.