Майкл моргнул.
– Черт, - прошептал он, выпрямившись на сиденье.
Он только что проехал мимо магазинчика слева от дороги и тотчас же пожалел об этом. В данный момент не помешала бы чашка кофе или даже бутылка кока-колы. Что-нибудь с кофеином.
Все же решив не останавливаться, он протяжно вздохнул и запустил в волосы пальцы левой руки.
Он снова вернулся мыслями в субботнюю ночь, следя за дорогой. Показался дорожный знак: «Джеймсон». Дорога плавно поворачивала налево, потом резко уходила направо. Дальше шел прямой участок на пару сотен ярдов. Шуршали шины, ровно гудел мотор. Майкл кивнул в ответ своим мыслям, устремив глаза на поворот впереди. Дорога вновь вела направо. Прямо впереди виднелись лишь деревья, в том числе и громадный дуб с разделенным надвое стволом.
«Вот здесь. Здесь ты мог погибнуть, - подумал он. - И заодно убить Джилли».
Именно здесь воздействие на него «Гиннеса» или той неведомой отравы сказалось сильнее всего. У него тогда закрылись глаза, и он всего на несколько мгновений заснул за рулем. Сейчас, шесть дней спустя, при свете холодного ноябрьского солнца, Майкл сбросил скорость и с большой осторожностью вошел в поворот.
В памяти ясно всплыло то, что случилось сразу после этого. Очнувшись, он выкрутил руль, вывел колеса машины из заноса и бросил взгляд направо как раз вовремя, чтобы заметить на обочине девочку. Силуэт малышки вырисовывался в свете фар. Майкл заметил огромные глаза и сияние белокурых волос, голубые джинсы и эту крестьянскую кофточку.
«Ей холодно. Она одета совсем не по сезону, - подумал Майкл. - Где ее куртка?»
Но когда он посадил потерявшуюся девочку в машину, где на заднем сиденье посапывала Джиллиан, Скутер совсем не казалась замерзшей. Просто заблудившийся ребенок. Немного испуганный. Растерянный. Проезжая сейчас то место, где он едва не сбил девочку, Майкл вновь прокручивал в памяти этот эпизод. Ее дом - или по крайней мере то место, куда она его направляла - был довольно далеко от Старой Двенадцатой дороги. Или, может, ему так показалось. Майкл предполагал, что по прямой до него было бы гораздо ближе. Девочка могла забрести в лес позади дома и заблудиться. Другие дети, возможно, ходили по домам, собирая подарки и угощения, как это принято в канун Хэллоуина, а Скутер отбилась от них и потерялась. Без куртки. И ориентироваться она совершенно не умела. Даже будь ей самое меньшее шесть лет - хотя Майкл решил, что ей восемь, - она все равно должна была уметь отличить вершину холма от его подножия.
А дом стоял почти на самой вершине холма. Сидя за рулем, Майкл успевал оглядывать долину справа от себя, с пронизанными осенним солнцем деревьями. На вершине холма Воспоминания были смутными, но насчет вершины он был точно уверен. Дом стоял в конце длинной извилистой дороги и словно нависал над долиной.
– Черт.
Оглянувшись через плечо, Майкл нажал на тормоза. Ему резко просигналила спортивного вида молодая женщина в микроавтобусе, уйдя в сторону, чтобы избежать столкновения. Сзади машин больше не было, и, подождав, пока несколько автомобилей проедут по встречной полосе, он резко повернул налево.
Однообразную музыку по радио сменила реклама о замене ветрового стекла, Майкл нажал на клавишу, гудения мотора и громкого и частого биения пульса, отдававшегося в ушах. Он выбрал путь покороче, пустив машину по обочине, пока не доехал до места, привлекшего его внимание.
Узкий боковой проезд с растущими по сторонам деревьями. На въезде стоял шест, но без знака на нем. Это могло ввести несведущего человека в заблуждение, поскольку он мог подумать, что дальше - тупик. Но Майкл не был сбит с толку.
«Поверни здесь направо». Приемник замолчал, и внутри автомобиля стало почти тихо, если не считать тогда узнала улицу, и, к своему удивлению, он тоже вспомнил. Тайный путь.
Мимо него прогрохотал грузовичок, отчего его машина затряслась. Когда улица опустела, он свернул направо и поехал вверх по той дороге. Захлестнувшее его чувство узнавания было одновременно ободряющим и тревожным. В глубине, за деревьями, виднелись дома, но он почти не обращал на них внимания. Следующий поворот был налево. Это он тоже помнил. Может, еще четверть мили по проезду, и вот он поворот.
Майклу пришлось остановиться, нажав на тормоз, с работающим на холостом ходу мотором, чтобы вглядеться в этот левый поворот. Все представлялось невероятным. События субботней ночи происходили точно во сне, поэтому совершенно нереальным казалось найти это место наяву, при свете солнца.
Он свернул налево, и дорога тотчас же пошла в гору, поворачивая направо.
Его воспоминания об остальной части путешествия были нечеткими. Ему ничего не оставалось, как только заняться исследованиями, и он так и сделал. Более часа колесил он по проездам, отходившим от этой улицы к югу от Старой Двенадцатой дороги, вверх по откосу холма Ему встречались новые постройки и дома, возведенные, наверное, в пятидесятых. На одной улочке он наткнулся на дом с витриной, в которой все еще были выставлены украшения к Хэллоуину. Память его встрепенулась. Он здесь уже проезжал.
Подобные подсказки помогали ему восстановить маршрут. У Майкла была с собой копия карты этого региона, на которой он зеленым маркером помечал улицы.
Дом в форме треугольника. Возможно, не тот самый, но можно рискнуть. Сколько их здесь может быть? Стиль довольно редкий, так что шансы есть.
У него заурчало в животе. Майкл понял, что голоден. Он чуть притормозил у дома в форме треугольника, улыбаясь сам себе. Чувство голода - это уже точно реальность. Вслед за этим он проехал мимо группы людей на велосипедах, двух женщин, занимающихся спортивной ходьбой, и тучного бородатого мужчины с сигаретой, прогуливающего собаку. Вот и все. Никаких признаков ее присутствия.
Призрачная девочка, всю ночь следившая за ним из угла спальни, после проведенных за рулем часов казалась ему менее реальной, менее осязаемой.
Потому что все это реально. Все, что его сейчас окружает. Тут проходит неприметная улица. Домишки с выставленными напоказ украшениями к Хэллоуину. Странное треугольное здание.
Если он долго будет искать, наверняка найдет ту длинную, извилистую улицу, которая приведет его к круглой площадке на холме, к тому полуразрушенному старому дому с его разбитыми фонарями, покривившимися ставнями и темными окнами. К дому потерявшейся девочки. Она сказала: «Я оттуда». Странный оборот речи для выражения того, что она дома.
Тем не менее довольно скоро его оптимизм начал иссякать. Майкл проверил каждый боковой проезд, ведущий к вершине холма. Некоторые из них петляли вокруг и, судя по всему, обрывались вблизи верхней точки этой гряды холмов. Ни одна из улочек не привела его к тому дому. К ее дому. После двухчасовых поисков Майкл все чаще стал бормотать себе под нос нецензурные ругательства. Он помечал на карте улицы, по которым проехал. В какой-то момент он оказался на тупиковой круглой площадке, очень напоминающей место, где жила Скутер, но нужного дома там не увидел и совсем растерялся.
Выключив мотор и положив ключи в карман, он со вздохом выбрался из машины. Вынул карту и разложил ее на капоте, наклонившись, чтобы получше рассмотреть, потом проследил свой путь, всматриваясь в названия улиц, в зеленые линии, обозначавшие его поиски.
«Восточнее, - подумал он. - Это должно быть дальше к востоку». Майкл провел пальцем по карте в сторону ее правого края. Потом отступил назад и огляделся, увидев повсюду на горизонте деревья. Да, к востоку; гряда, похоже, поднималась еще выше. Правда, трудно было оценить на глаз расстояние, потому что голубое небо начало темнеть, повсюду сгущались тени.
Майкла начала пробирать дрожь. Он огляделся и, прищурившись, стал всматриваться в деревья, растущие за столетним викторианским домом. В лесу было тихо. Листья в основном уже облетели. И все же его не покидало знакомое леденящее чувство - словно за ним кто-то подсматривает.