— Не бойся, Оксана, по-моему, ничего страшного нет.
Девушка, поморщившись, кивнула.
— Больно? А ты терпи.
— Смотри, чтобы еще раз не пальнули.
Алесь махнул рукой.
— Пускай! Теперь уже не достанут.
Он разорвал рукав платья Оксаны и туго перевязал раненое плечо.
— Теперь сиди и не шевелись!
Алесь пристально оглядел озеро: освещенное солнцем, оно было пустынно. Утренний ветерок поднимал лишь легкую, едва заметную рябь, и вода вокруг лодки искрилась и блестела, как рыбья чешуя. Кричали, носились низко над водой чайки. Было обычное утро, тихое, по-осеннему грустное…
Оксана посмотрела в сторону местечка. Она знала, что утром на остров за полковником должна была прийти лодка с солдатами. Из трубы лесопильного завода курился серебристый дым. Все вокруг казалось спокойным, не таившим опасности. Оксану это в какой-то степени утешило.
В стороне от болота Комар-Мох тоже над горизонтом стелился дым. Но это был дым от пожаров.
С берега снова грянул выстрел.
— Поздно! Не достанете! — засмеялся Алесь. Он взялся за весла и стал с силой грести. С берега стреляли еще и еще, но пули шлепались в воду далеко от лодки.
— Послушай, Оксана, давай обогнем остров и поплывем на запад.
— Делай как знаешь. Ты командир, тебе и решать. Только смотри, чтобы не нарваться нам на беду.
Оба не сводили глаз с острова. А там метались в бессильной ярости враги. Что-то кричали. Голоса их усиливало эхо, можно было различить отдельные слова.
— Кричит полковник, — поясняла Оксана, — угрожает перестрелять всех за то, что проспали оружие.
Но вот, перекрывая шум и крики немцев, раздался отчаянный детский плач. Маленькая, едва заметная с лодки, фигурка ребенка появилась у самого берега.
— Боже мой! Что же это такое? — заплакала девушка. — Алесь, посмотри, что они делают с ребенком. Звери! Нет, хуже зверей!
Алесь опустил весла, пригляделся.
Около самой воды на берегу стояла девочка. Один солдат тянул ее на веревке, другой поднял руку, как бы для удара. Девочка пронзительно кричала и плакала.
— Алесь! Мы не имеем права бросать ребенка! — твердила сквозь слезы Оксана. — Нужно возвращаться. Отнять ребенка. Алесь, я прошу тебя, я требую — поворачивай к берегу!
— Подожди. Этим мы ничего не добьемся, фашисты перестреляют нас — мы же отличная мишень для них. — Он схватился за весла, стал набирать скорость.
— Испугался? — упрекнула девушка. — Эх ты, вояка. Ведь они убьют девочку. Убьют, я же знаю их. Насмотрелась.
— Успокойся, Оксана, они не посмеют…
— Они палачи! А ты трус! Поворачивай! Слышишь? — Она трясла Алеся за плечи. — У нас же автоматы. Мы их принудим сдаться…
Алесь подождал, пока она успокоится, сказал строго, как взрослый.
— Подумай, Оксана. Это слишком большой риск и очень мало шансов на успех. Убивать девочку им сейчас нет смысла: они надеются, что она поможет им спастись, если на острове окажутся партизаны. Ты ведь сама говорила: Носке сказал, что ребенок — партизанский заложник. Все правильно, мы идем на запад. Но мы еще вернемся, отобьем девочку. Вот увидишь…
Алесь налег на весла и неотрывно следил за островом. Голоса уже почти не долетали до лодки, не слышно было и девочкиного плача.
Оксана была в отчаянии. Она старалась понять Алеся. Наверно, он правильно рассудил. Носке решил оставить девочку в качестве заложницы, значит, ей не причинят вреда. Оксана жалела теперь, что обвиняла Алеся в трусости. Какой же он трус? Сумел отобрать у немцев автоматы. Один!.. И ее вооружил. Парень он решительный, ловкий. Ведет себя, как взрослый, а ведь ему только четырнадцать. Она вспомнила Алешу Годуна… Как взрослеют дети в войну! Будь они прокляты, фашисты!..
Алесь все так же уверенно и спокойно продолжал грести. Потом опустил весла.
— Давай, Оксана, подумаем…
— Может, вернемся? — неуверенно перебила девушка. — Мы не имеем права… Понимаешь… Осталась девочка…
— Вернемся, Оксана, — пообещал Алесь, — обязательно вернемся. И девочку выручим. Но не сейчас, позднее.
— Как бы не опоздать… — В голосе Оксаны прозвучал упрек. Она тяжело вздохнула.
— Как себя чувствуешь? Плечо болит?
— Болит… Но не беспокойся, я стерплю.
— Ну держись! — серьезно сказал Алесь и пристально осмотрел озеро. — Оксана, а кто тот офицер-охотник?
— Полковник Фридрих Носке.
— Это его дивизия окружила партизан?
— Его, проклятого!
— Ого, какой паук попал в наши сети! Оксана, ты понимаешь? Нам нужно сделать все, чтобы полковник не сбежал с острова.