Она вновь посмотрела на качающуюся макушку. Свида утерла слезы и уставилась на изгородь из шиповника. Ветер поднялся с новой силой, и Свиде пришлось зажмуриться от поднятой пыли с земли. Она встала с колен и, отряхнувшись, шумно выдохнула.
– Ты права. Мне все говорят не горевать, и ты говоришь. – Свида положила венок с цветами и травой возле деревца и прошептала, – С Гульбищем, мама. Спи спокойно.
Свида вновь взглянула на шиповник и вдруг заметила, как верхние ветки хаотично затряслись. Свида неумело потянулась к луку на спине. Натянув стрелу на тетиву, она робко подошла к изгороди и замерла.
– Выходи! – вдруг крикнула она дрожащим голосом и прицелилась. Ей никто не ответил. Ветки куста задрожали сильнее, и Свида увидела, как через заросли к ней вышел эльф в темном плаще.
– Ни с места! А то убью! – вновь крикнула Свида. Лук с натянутой стрелой ходил ходуном в руках, голос не слушался.
Незнакомец поднял голову и слегка улыбнулся.
– Свида, это же я.
Эльфийка вздрогнула и опустила лук.
– Корицик? Что ты здесь делаешь? – чуть ли не шепотом пролепетала Свида.
Цейл уставился на тернии шиповника и вдруг свистнул. В кустах показалась довольная морда Дички. Она выбежала из кустов и, виляя хвостом, осторожно подошла к Свиде, а как только обнюхала ее, весело начала поскуливать. Свида тут же засмеялась и погладила пса по носу.
– Дичка нашла где-то брешь в зарослях и убежала туда, а я ее искал. Испугалась чего-то, наверное. – Корицик развел руками, – как всегда.
– А как там, с той стороны? – Вдруг спросила Свида.
– Жутко. – коротко ответил Цейл.
Свида кивнула и вдруг испуганно посмотрела на брешь. Поглаживая Дичку, она задумчиво сказала:
– Мне брат всегда говорил, что там дышится по-другому. Хоть и наша территория весьма большая, но этот шиповник будто всегда давит на него, отбирая некую свободу. Надо сказать, чтобы ту дыру заделали. А то мало ли, волк сможет пролезть.
– Я сам скажу, не переживай по этому поводу.
Свида вдруг насупилась.
– Сегодня последний день года. Разве кто-то завтра будет в состоянии патрулировать окрестности? И когда ты донесешь? А вдруг волки найдут этот проход? Мне не по себе как-то...
– Не переживай, эта проплешина давно здесь, да и не заделаешь ее. Листья все скрывают, а ветки и так колючие. Но я поговорю с кем нужно. Повторюсь, не бери в голову.
Корицик улыбнулся и Свиде стало легче. Она обняла эльфа и скрепила за его спиной руки в замок. Дичка обнюхивала холодную землю и прислушивалась.
– Ты случайно не слышал какие-нибудь новости? – осторожно спросила эльфийка. – про разведку?
– Нет – коротко ответил Корицик.
Свида прижавшись сильнее, промычала.
– Я знаю, что всех извела уже своим нытьем, но мне неспокойно. Очень.
– Тетка сказала, что ты опять не ешь. Неужели тебе не нравится, как она готовит? – Усмехнулся Корицик.
– Это не так! Я просто не хочу фигуру портить перед Гульбищем!
Корицик засмеялся.
– Ладно, придется следить, сколько похлебки ты съешь сегодня после танцев.
– Нет настроения танцевать! – Свида в шутку оттолкнула Цейла и вприпрыжку подбежала к Дичке. Взяв за поводья, она оглянулась. – Чур я поведу!
***
Время близилось к полудню. Дичка шла ровным шагом мимо голых кустарников. Шум из поселения нарастал, и вскоре Свида повернула поводья в его сторону.
– Последняя поездка в этом году, – сказала она.
Корицик хмыкнул.
– А ты скучаешь по езде зимой?
– Бывает. Скорее, я переживаю за Дичку. Зимой всех корги запирают в псарне. Там хоть и тепло, но очень тесно, а из-за снега я не могу ее навещать. Она не любит других псов, поэтому иногда я встречаю ее весной очень измотанной. А потом пару дней беготни, и она как новенькая.
– Бедняжка... - пробормотала Свида.
Вдруг громкий звук раздался в стороне поселения, и Дичка резко метнулась в сторону. Свида вскрикнула, дернув за поводья, и корги испуганно понесся в глубь леса. Корицик наклонился к Свиде и, зацепившись пальцами, пытался притянуть повод к себе.