Ну да, ну да, вот только женщину от собственной дочери спасти как-то надо, да и самой вероятно выбраться живой не мешало бы. А вдруг у Лиды совсем крышу сорвало, и она начнет метать в меня ножи?
– Вы можете подойти сюда? – позвала женщину я, а сама вновь принялась рыскать по рюкзаку в поиске спасительной склянки.
Как только бутылочка звякнула о металлический ремешок замка, я тут же схватила ее и принялась чертить контур под кроватью дочери и замаскировала как могла его вещами, что лежали аккуратными стопочками. Надеюсь, эта педантка недоделанная не станет обращать внимание на такие мелочи. Или станет? Ну должно же повезти хоть раз.
Больше не отвлекаясь на душевные муки эстета, сама нарисовала из соли и трав круг только в комнате где, раскрыв рот и закатив белесые глаза к небу, лежала бабушка Лиды. Время неумолимо приближало нас к столкновению c упырем, и таращиться на хладный труп совсем не входило в программу, но взгляд все равно невольно устремлялся к скрюченной старушке, что не смогла разглядеть во внучке червоточину, которая и привела ее к встрече со смертью. Тело уже начало сильно меняться, а про запах вообще молчу, но здесь были окна, которые смотрели как раз в сторону улицы.
Теперь осталось сымитировать бурную деятельность чтобы привлечь внимание этой ненормальной. Для начала я помогла женщине добраться до комнаты и надежно спрятала ее под кроватью, а сама раскрыла окно, словно та смогла выбраться и убежать. Таким образом я рассчитывала, что Лида занервничает, ведь ее мать вполне могла вызвать на помощь кого-нибудь. Женщине наказала не высовываться ни под каким предлогом и все, что она услышит, должно было пройти мимо нее, а иначе я не ручаюсь за ее жизнь.
К счастью, долго объяснять не пришлось, ведь в доме с покойной матерью она провела достаточное время, чтобы инстинкт самосохранения надежно удерживал ее под кроватью. К тому же она доходчиво уяснила, что дочь не станет размениваться по мелочам и при первой возможности добьет мать самостоятельно. Я не стала разбираться с тем, что творится в голове у этой бедной девочки, оставив это на суд экспертов, потому что в глубине души надеялась – ее должны лечить долго и с принуждением. Не знаю каким образом удастся скрыть все эти факты с упырями и прочим волшебством, ведь объяснить такое очень сложно. Я сама собиралась посвятить жизнь медицине и с точки зрения науки – это все бред человека, больного шизофренией, но никак не правда.
Музыкальная трель не моего телефона заставила вздрогнуть и напрячь все свои чувства. Кто-то третий был в доме и наверняка это была Лида. От страха язык прилип к нёбу, ноги затряслись, а по всему телу прошла волна жара, адреналин начал свою работу.
– Ну где же ты, глупышка? – раздался вкрадчивый голос из глубины дома. Я продолжала стоять на месте в центре круга и молча ждала подмоги.
Неспешные шаркающие шаги все приближались, заставляя мое сердце биться чаще и сильнее, я старалась дышать ровно, не издавая звуков, но мне самой казалось, что мои легкие вот-вот взорвутся от недостатка воздуха, а темнота вокруг давила, топила в себе.
«Тише, милая, она все равно ничего тебе не сделает, просто надо молча стоять и не дышать.» – набатом раздавалось в голове, но, если честно, верилось с трудом. Что мешает ей подойти и смести круг в одном месте и все, я без защиты. Хотя ба наверняка предусмотрела разные варианты развития, я очень надеюсь на это.
– Не поняла! – вопль разнесся на весь дом. Она дошла до комнаты, где должна была смиренно лежать и ждать своей участи ее родная мать, а вместо этого обнаружила пустую кровать. Здорово! Так ей, гадине! Даже жаль, что я не могу видеть ее лицо в этот момент.
– Ты! – прошипела она, врываясь словно фурия в комнату, где последний приют нашла ее родная бабушка. Она обвинительно указала на меня пальцем и сощурилась. Свет, падающий в комнату из коридора, выделял ее чернильным пятном на фоне двери, делая образ еще внушительнее. Надо признать, я струхнула не на шутку. – Как ты посмела войти сюда?!
– Я, – стало было мямлить что-то в ответ, все еще не решаясь смотреть прямо с гордо поднятой головой. Телефонная трель моего мобильника заставила нас обеих вздрогнуть. – Подожди!