– Герцен София, ближайшая родственница Лилит. Моя ба была отречена от благодати Богини. – медленно произнесла я, вымеряя каждое слово.
Белла Кирилловна выдала удивленное «О!», а вторая женщина сняла очки и нервно закрутила дужку оправы в руках. Лилит молчала долго, но, заметив, что никто не собирается расспрашивать меня дальше решила задать свой вопрос.
– При каких обстоятельствах вы получили второй шанс. Здесь всем будет интересно.
Я набрала в грудь побольше воздуха и приступила к своему рассказу, а когда окончила, то заметила на лицах изумление. Дышать сразу стало легче, значит не выгонят точно.
Белла Кирилловна спустя мгновение подорвалась со своего кресла и выпроводила меня в коридор, дав таким образом посовещаться этим троим. А я почувствовала совсем уставшей и измотанной. Сейчас бы просто рухнуть на мягкую кровать и забыться сладким сном, проблемы никуда не денутся конечно же, но решать их на свежую голову куда интереснее и продуктивнее. Я стояла под дверью и всматривалась в красивый витраж, как совсем скоро за спиной почувствовала нежели услышала какую-то возню. Кто-то тихо перешептывался и что-то прятал за колонной, которую мы прошли в холле.
Не долго колеблясь, я решила проверить что за возня происходила рядом и совсем не зря покинула свой пост под дверью. В конце концов, никто не говорил мне где стоять, если надо будет найдут, я даже не сомневалась.
Тихонько подкравшись как можно бесшумнее я сначала высунула голову, чтобы осмотреться прежде чем нарушать чей-то покой и тут передо мной предстала нелицеприятная картина. Двое девушек, больше похожих на вышибал из занюханного бара, нежели на прекрасных обольстительниц, держали за руки худенькую, невысокую девушку, а третья стояла перед ней, держа несчастную за волосы таким образом, чтобы ее лицо смотрело прямо на мучительницу. Все трое обидчиц мелко хихикали, предвкушая расправу. Одна настолько вошла в раж, что ударила девушку кулаком в живот, заставив беспомощно изгибаться и рухнуть на колени от боли. По щекам девчушки стекали горькие слезы, но помочь ей было некому.
Все они были одета одинаково. Строгий брючный костюм темно-синего цвета, белые рубашки и сапоги до колен на небольшом каблуке. Волосы только у одной были распущены, а у остальных собраны в тугой пучок. Но одежда нисколько не интересовала меня, творившееся здесь преступление потрясло до глубины души.
От увиденного волос встали дыбом, а ноги словно приросли к каменному полу. Нет, я понимаю, если бы это были упыри, а девушка их жертвой, но здесь, среди людей не должно быть места злу. А девушки тем временем упивались своей безнаказанностью.
– Ну что, побирушка, приятно тебе? – мерзкий голосок разливался елеем по холлу, проникая все глубже и глубже. Нестерпимо захотелось почесаться. – Говорили же тебе, чтобы ты отказалась от дара. Отверженным не место в Ковене. Благодати Богини вы не достойны!
Словно в подтверждении слов подружки, одна из них смачно сплюнула на пол. Подумать только! Ну и нравы тут царят.
– Ты не пройдешь испытания! – продолжала шипеть на запуганную девчушку самая главная из них, длинные темные космы свисали по бокам треугольного личика, искаженного злобой.
Я не знала ни про испытания, ни про их взаимоотношения, но трое на одного это было слишком. Поэтому я собиралась сделать самый глупый, а может и отважный поступок – вышла из своего укрытия, окликнув мучительниц.
– А вы не знаете где мантии выдают? А то там преподаватели совещаются, а мне не терпится переодеться после схватки с упырем.
Девушки все разом вздрогнули и тут же выпустили обессиленную девушку, та со стоном упала на пол.
– Мы еще поговорим! – пригрозила ей главная и, переступив через нее, подошла ко мне, разглядывая с ног до головы. Я не растерялась и уставилась на нее с ответным презрением.
– Кто ты? – вздернув бровь, поинтересовалась она.
– Не твоего ума дела. – спокойным, ровным тоном ответила я.
– Скоро ты поймешь, что тут все моего ума. – парировала она и резко развернувшись на своих каблуках удалилась по лестнице, на второй этаж, подпевалы засеменили рядом.