После разговора с такой родной душой, у самой от сердца отлегло. Я знала, что справлюсь во что бы то ни стало. Должна! Правда, все мои героические воззвания к внутренней силе прервало весьма громкое урчание желудка.
– Ох! Это я же не ела с утра! – вырвалось у меня. Я нервно оглянулась в поисках листка с расписанием, но отыскать вот так сразу не смогла, а есть хотелось и даже очень сильно. – Да где же подевался этот чертов листок!
Ну, не идти же на этаж к этим грымзам. И тут меня осенило, есть же домовенка. Вот только отрывать ее от хозяйственных дел не хотелось по пустякам. Клятвенно уверив себя, что я постараюсь отблагодарить Орсану в самое ближайшее время, я зажмурилась и тихонько позвала:
– Орсана можно вас на секундочку? – сразу ничего не произошло, ожидание затягивалось. Может звать надо было как-то по-особенному? – Мне правда очень-очень нужна ваша помощь.
– Тут. – бодреньким голоском возвестила о своем прибытии домовенка. – Что случилось, госпожа?
От ее официального обращения невольно скривилась, словно лимон укусила. Ну, какая я ей госпожа?! Она гримаску заметила, но виду не подала, все также стоя в полупоклоне и не смотря в глаза. Тэкс! Это надо исправлять.
– Орсана, – начала говорить менторским тоном. – Я никакая не госпожа и пожалуйста обращайся ко мне по имени, мы не в Средневековье, а значит и такое обращение для меня неприемлемо.
– Но меня так научили и будут сильно ругать, если услышат иное. – домовенка немного скуксилась, плечики опустились, головка склонилась еще ниже. Вот только слез мне не хватало сейчас.
– Мне очень приятно знать, что вы действительно существуете и будет еще приятнее узнать, что вы не обижаетесь на меня.
– Спасибо! – тихо прошептала домовенка и всхлипнула. – Вам пора идти на ужин. Если вдруг проголодаетесь у вас есть возможность перекусить в столовой. Там есть холодильник, где мы храним бутерброды и натуральные соки. Иногда, если поспешить, то можно отыскать и что-то сладкое.
Тут она подняла голову и синие глаза смотрели на меня с затаенной радостью и восхищением. Мне ли не знать, как тяжело жить в гадюшнике под милым названием дружный женский коллектив.
– Спуститесь на первый этаж и с лестницы заверните сразу налево, пройдя три двери вы обнаружите столовую, и да, постарайтесь не выходить после заката. Здесь может быть опасно.
С этими словами домовенка исчезла, а вместо нее остался листок с моим расписанием, которое она все е сумела отыскать. Просто молодчина!
Я не стала долго рассусоливать и подбирать наряд к своему первому выходу в свет, так сказать, а просто надела первые попавшиеся джинсы и футболку с ярким принтом, а те вещи. В которых прибыла сюда забросила в корзину с намерением постирать в самое ближайшее будущее.
Так! Сначала ужин, потом просмотр расписания по занятиям, а там посмотрим чем можно будет заняться, конечно я собиралась последовать просьбе домовенки и не собиралась выходить до самого утра, а вот на следующий день планы были грандиозными.
Гордо задрав нос, я покинула свою обитель и ринулась к ароматным запахам, витающим на первом этаже. По пути никто е повстречался, что подтвердил мою теорию – все проживающие тут дамочки давным-давно придаются чревоугодию, в отличие от меня. Шум и гомон разговаривающих девушек ввел немного в ступор. Не ожидала, что тут много людей, как оказалось я ошибалась. Быстро рассмотрев нехитрое убранство столовой, я решила встать в очередь к раздаточному столу. Весь интерьер был оформлен в спокойных и теплых тонах, без рисунков, картин или чего-либо украшающего, такой здоровый аскетизм. Преподаватели, а их было не меньше дюжины, ужинали вместе с остальными, но их стол находился чуть поодаль и был оборудован удобными диванчиками, а вот столы, где располагались девушки по другую сторону и строго по четыре человека на стол. Естественно о диванчиках можно было не мечтать, но кого это заботит? Раздатчицы не было видно, но подносы с едой уже стояли и выглядели они у всех одинаково, кроме двух, что стояли отдельно и были заставлены стаканчиками с двумя видами жидкостей. Может кто-то на лечебном питании?
– Это для наших кровососов. – заговорщицки шепнул мне кто-то на ухо, и я очень постаралась чтобы не вскрикнуть. Вся моя маскировка под сильную и независимую тут же слезла как с гуся вода. – Элла и Эмма.