– Кто здесь? – едва слышно спросила я у черноты продрогшим голосом. Ступни были просто ледяными словно я ступала не по полу, а по свежевыпавшему снегу, что ледяной коркой укрыл остывшую землю.
Никто не вышел, конечно же. Я повременила, экстренно соображая что можно еще предпринять и не додумалась ни до чего более умного, чем потрогать аккуратно развешенную одежду палкой, в надежде хоть так рассмотреть незнакомца или незнакомку.
И, как только я дотронулась до чертовых вешалок, на меня упала груда коробок с обувью, которую ба приказала разобрать накануне. Стоит ли говорить, какой ор я подняла на весь дом? Ба ворвалась в комнату аки амазонка, правда вместо меча у ба была швабра, бог знает где она успела ее взять. Распущенные волосы развевались, глаза блестели, наполненные тревогой и яростью. Той самой, с которой кошка будет защищать до последнего вздоха своих котят.
– Что произошло?! – едва ворвавшись в комнату спросила она и тут же зажгла свет в комнате. Обнаружив меня на полу в груде коробок и разбросанной обуви, она откинула швабру и воззрилась на этот беспредел. – София! Что тут происходит и почему ты не в постели, да еще и кричишь на весь дом!
Почему-то в тот момент казалось, что бабушкин голос слышит вся округа, я тут же подобралась и вскочила с пола, успокаивая ба:
– Тише, ба! Ты же сейчас всех соседей перебудишь!
– В данный момент меня интересует только увиденная здесь картина. – чуть менее гневно вопрошала она, сложив руки на груди.
– Я и сама не знаю что тебе рассказать. Просто проснулась и почувствовала угрозу. А дальше… – тут мой голос заметно дрогнул, в тот момент, когда я увидела у себя на белой простыне обруч. Медленно подняла руку, указывая пальцем на кровать и тихо прошептала. – Ты тоже это видишь?
Ба перевела взгляд по указанию моей руки и задумчиво нахмурила брови. Честно говоря, я сильно удивилась такой реакции. Хоть у нее и характер сравнимый по воле разве что со сталью, такой же прочной и непоколебимой, но все же странно видеть именно задумчивость, а не удивление или страх. Вот у меня сейчас такой коктейль по венам бродил, что вот-вот могла свалится в обморок. Так себе начало взрослой жизни, если честно.
Последнюю фразу произнесла по всей видимости вслух, так как ба неопределенно хмыкнула, скорее своим мыслям нежели мне. Затем подошла ко мне вся сияя, честное слово если бы на нее попал луч солнца, она бы заблестела словно чистый бриллиант. Такой ее я видела не часто, а после смерти дедушки и вовсе она стала напоминать грязный лунный камень. И в этом я винила себя от части. Ведь, когда я уеду у нее не останется никого близкого, только любимая работа да соседи. Но и порвать со своей мечтой я не хотела.
– Что?! – удивленно посмотрела на нее, когда она сгребла меня в охапку своими крепкими руками. – Почему мы не вызываем полицию? На лицо взлом с проникновением!
Но она продолжала меня обнимать и плакать. Просто так и стояла посредине этого хаоса из коробок, обуви и импровизированных средств защиты.
– Она простила нас, теперь мы будем в ЕЕ милости. – а затем посмотрела на меня мокрыми от слез глазами, поцеловала и добавила. – Все хорошо, родная! Теперь со спокойной душой ложись спать, совсем скоро ты получишь в дар огромную силу.
Больше ба не стала ничего объяснять и спокойно ушла спать к себе в комнату. На все мои вопросы, которые посыпались на ее спину, она не ответила, просто коротко повторила уже сказанное и вышла, закрыв дверь. Я так и осталась стоять как вкопанная посередине комнаты и ни о каком сне речи конечно идти не могло.