Осознание того факта, что я ущербный придавало мне злости. А к моим успехам добавляло горечи. Я никогда не освою более сильной магии, чем легкая поддерживающая, смешное исцеление и смогу поджарить себе обед. Это заставляло меня заниматься усердней. Поначалу. А потом просто надоело. Зачем становится лучшим мечником? Какая главная задача любого воина? Либо выжить, либо – защитить. Чтобы держать на себе полчища врагов я конституцией не вышел. То есть я вполне так себе высокий - мои метр семьдесят с лишним это конечно показатель, но не впечатляющий похоже расти я больше не буду. И я решил, что просто буду укорачиваться. Это вполне облегчило мне жизнь. Рефлексы наше все. Ловкость тела и никакого мошенничества. Вместо того чтобы буквально выживать после тяжелых подростковых побоев – я уклонялся. Да да как только я стал подростком мать начала спарринги на деревянных мечах. Каждый раз я отходил после спарринга. Поначалу неделю. Три сломанных ребра и легкая контузия… Потом Три дня. Потом по одному- двум. А потом я наконец понял, что мне не нравятся мамины взгляды на воспитание и просто стал уклоняться. Ее это вроде бесило. Она даже ускорилась и опять начала попадать. Вот только я не сдался. Любой настоящий умный лентяй вам скажет – сначала нужно поработать, чтобы потом не работать вообще. Хорошей идеи мало – ее нужно воплотить. И я работал, только уже не над силой удара, фехтовальным мастерством или стойкостью. Я работал над скоростью. И я преуспел. Конечно, мне доставалось, но если знать какие удары можно пропускать – вполне сносно. В конце концов, мать поняла, что я упрям в нее. Я не желал менять стиль ведения боя, и даже увеличение числа спаррингов ей не помогло. И опять же она пыталась меня обыграть. На первых порах поняв, что у меня получается - она пыталась меня вымотать. И получилось. Полтора дня непрерывного спарринга… Вот только после этого этот трюк больше не работал. Я проработал свои проблемы нерационального расхода сил, поупражнялся с выносливостью, что было не сложно меня и так с детства натаскивали. Следующее два дня мы сражались. И я уклонялся. Нет, она не устала. Просто поняла, что это не рационально для моей подготовки. Да и папа ворчал, что из-за нас он не может спокойно поспать. И ей пришлось перейти к нескольким интенсивным спаррингам в течении одного дня.
На пути в Академию
Слово Академия звучит как то лучше чем школа. В слове школа есть что то примитивное, сельское затрапезное. В общем – это не круто. А вот слово академия звучит величественно…
Тряска. Мерное укачивание. Может я так люблю дорогу потому что она похожа на колыбельную, так в детстве нас мерно укачивают, напевая тихие и ласковые слова. За окном почтовой кареты один пейзаж сменял другой. Озеро медленно переходило в лес, лес в поле, поле в реку. Чаще мелькали крестьянские поля. Меня часто подкидывало, но легкая тряска и перестук колес только успокаивали. Они дарили мне ощущение покоя…как вечер перед камином, отдых на берегу или простой горячий напиток за домашним столом. Словом ощущение уюта знакомое любому живому существу.