Наступила абсолютная, вакуумная тишина.
Какое-то время я стоял с закрытыми глазами, боясь пошевелиться и пытаясь понять, что со мной произошло. Я умер? Меня дезинтегрировало на атомы? Мое сознание сейчас парит где-то в чистилище?
Но слух постепенно начал возвращаться. Я услышал привычный шум ветра, гуляющего в кронах сосен. Почувствовал морозный укус на щеках. Снег под ногами никуда не делся. Судя по всем физическим ощущениям, я был жив, и где-то… где-то уж точно находился.
— Егор, — раздался знакомый глуховатый голос.
Бу?
Я медленно, с опаской открыл сначала один глаз, потом второй.
Я стоял на той же лесной поляне. Вокруг возвышались заснеженные сосны. Прямо передо мной между деревьями по-прежнему висел Бу, все так же опутанный толстой браконьерской сетью.
Чуть правее, опустив винтовку дулом в снег, стояла Наира. Ее руки дрожали, а лицо было бледным, как свежевыпавший снег. Она тяжело дышала, ошарашенно озираясь по сторонам.
Я резко повернулся назад. Там, где секунду назад возвышалась лохматая тварь с оленьим черепом, зияла пустота.
Ни монстра. Ни троих вооруженных эльфов, которые только что палили в него из автоматов.
Снег на поляне был истоптан, валялись отстрелянные латунные гильзы, но не было ни единой капли крови, ни клочка одежды, ни малейшего следа того, куда делись похитители.
— Он телепортировался, — бесстрастно изрек Бу, констатируя очевидный факт.
Я опустил автомат, посмотрел на пустую просеку, затем на Наиру, перевел взгляд на висящий в сетке камень.
— ДА ТЫ ЧТО, ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ⁈ — заорал я на весь лес, запрокинув голову к небу.
Глава 2
Эхо моего вопля затихло где-то в верхушках сосен. Я просто стоял и смотрел на пустую поляну, где еще пару минут назад разворачивалась настоящая драма с похищением, угрозами и стрельбой. Ощущение было такое, будто меня по голове обухом ударили.
Мало мне было пропавшего каравана, как теперь у меня еще и пропавшая партия эльфийских браконьеров. Но с ними полбеды, их хотя бы если и будут искать, то разве что семьи, к которым, как можно догадаться, должны возникнуть вопросики: а что они делали в лесу? А почему занимались несанкционированной ловлей? браконьерствуете, значит?
Но это уже не мои заботы, хотя… я покосился на Наиру. Вряд ли она позволит мне об этом забыть и остаться в стороне.
Я сделал глубокий вдох и откашлялся. Так, ладно, опасность миновала, угроза телепортировалась неизвестно куда, а значит, нужно возвращаться к насущным проблемам.
Опустив автомат стволом вниз, я повернулся к Наире. Эльфийка стояла на том же месте и смотрела куда-то сквозь пространство перед собой, ее плечи мелко подрагивали, а лицо выглядело так, словно она призрака увидела.
Я подошел к ней вплотную и осторожно тронул за плечо.
— Эй, ты в порядке? — спросил я негромко, стараясь не напугать ее еще больше.
Она вздрогнула, моргнула несколько раз, словно выныривая из глубокого транса, и медленно перевела взгляд на меня.
— А? А… да, да… кажется… — она пробормотала сбивчиво.
— Давай снимать Бу и убираться отсюда, — предложил я, кивнув в сторону подвешенной между деревьями сети.
Она только молча кивнула.
Мы подошли к двум толстым соснам, между которыми болталась краболовка с нашим каменным другом. Я обошел ствол ближайшего дерева, внимательно осматривая систему креплений. Эльфы сработали на совесть: использовали толстый синтетический канат, пропустили его через развилку крепкой ветки на высоте и намертво зафиксировали у основания ствола сложным узлом.
— Смотри, — обратился я к эльфийке, — здесь нужно подрезать узел, — я ткнул пальцем, достав охотничий нож и передав ей, — только подрезай медленно, я буду держать, чтобы он не рухнул.
Наира кивнула и принялась перепиливать веревку. Канат поддавался неохотно, но спустя пару минут волокна начали лопаться одно за другим.
— Готово, пошел вес, — объявил я. Наира встала рядом со мной и мы, уперевшись ботинками и перехватывая канат ладонями, стали спускать каменюку вниз.
И как он только угодил в эту ловушку…
Подойдя к сетке, я взял нож из рук Наиры и разрезал верхний узел, который все еще крепко держал Бу, сжимая по всему корпусу.
Чик.
Сетка опала, выпуская на свободу каменное недоразумение. Выпрямившись на руконогах, Бу по-собачьи встряхнулся, после чего принялся разминать суставы.
— Мне не совсем понятна логика их поведения, — совершенно серьезно и безэмоционально произнес Бу. — Это такие брачные игры у ваших существ, вопрос?