Обнявшись со мной, Ирах ушел, грузно переваливаясь с ноги на ногу и бормоча что-то себе под нос, а мы с Энги вернулись в избу. Мои руки заметно дрожали, когда я помогала Энги улечься в постель.
— Как думаешь, Руна и в самом деле не станет болтать? — спросил он с сомнением, после того как я смыла с себя кровь, натянула ночную рубашку и легла рядом.
— Я доверяю Ираху, — сказала я с напускной уверенностью. — Если он утверждает, что она боится… Может, стоит как-то наведаться в деревню и припугнуть ее еще разок?
— Эх, — вздохнул Энги. — Сейчас я жалею, что ты не настоящая ведьма. Пусть бы язык у склочной бабы усох…
— Над этим мы не властны, — ответила я смиренно и придвинулась ближе, коснулась ладонью плеча любимого. — Сильно болит? Может, дать тебе еще отвара?
— Не надо, — негромко сказал он и положил теплую ладонь мне на живот. — Хочу чувствовать себя живым. И дожить до того дня, когда возьму на руки наше дитя…
На глаза навернулись слезы. Всхлипнув, я нашла губами губы Энги и нежно поцеловала.
— Ты был прав. Нам нельзя было возвращаться в Три Холма. Может, уедем, пока не поздно?
Пальцы Энги невесомо гладили мой живот, перебирая складки тонкой рубашки.
— Не знаю, Илва. Верно, нельзя было возвращаться, но теперь… Беспокоит меня эта Руна. Нельзя допустить, чтобы пошел слух о тебе по деревне. А пока ты здесь, есть надежда, что она побоится. Кроме того… Если мы сбежим сразу после исчезновения лорда Милдреда, нас могут обвинить в убийстве. Нет, сейчас не время бежать.
— Хорошо, Энги, — я прижалась губами к колючей щеке и вдохнула любимый запах. — Сделаем, как скажешь. Я люблю тебя.
— И я люблю тебя. Больше жизни…
Глава 24. Новая угроза
Миновало несколько дней со дня исчезновения Милдреда. Энги все еще не вставал с постели, оправляясь от ран, его только-только перестала терзать жестокая лихорадка, когда однажды поутру к нам прибежал запыхавшийся сынишка Ираха Свейн. Я как раз вернулась с пастбища, оставив близ лесного ручья коня и козу, и кормила кур отваренными картофельными очистками.
— Илва! Беда!
— Что случилось? — чугунный котел выскользнул из рук, возле него тут же с довольным кудахтаньем забегали курочки.
— Ты не слышала? Лорд Милдред пропал! В Старом Замке забили тревогу, и в Три Холма пожаловали королевские дознаватели. С ними чуть ли не вся замковая стража собралась, у всех мечи и луки, даже арбалет есть! И собаки злющие. Дознаватель по избам ходит, все выпытывает, к нам в трактир скоро пожалует. Отец велел огородами бежать к тебе и предупредить. А Тур дома?
— Нет его, — похолодев, отрезала я. — Спасибо, что известил. Теперь беги-ка домой. Как все утихнет, загляну к вам, принесу тебе гостинцев за полезную весть.
Свейн просиял, но тут же сделал серьезное лицо. В другое время сведенные к конопатому носу рыжеватые бровки позабавили бы меня, то теперь мне было не до веселья. Нельзя медлить, надо немедленно спрятать мужа! Едва парнишка убежал, я опрометью бросилась в избу и закричала с порога:
— Энги, вставай! Уходи в лес!
— Что случилось? — непонимающе заморгал он сонными глазами.
— В Трех Холмах королевские дознаватели и стража из Старого Замка! Ищут Милдреда, вот-вот нагрянут к нам.
— Уходить-то зачем? — болезненно скривился Энги, когда я настойчиво потянула его за руку, заставляя подняться. — Едва ли они обвинят меня в том, что я в одиночку зарубил и лорда, и всю его стражу в придачу.
— А ты подумай головой! — зашипела я, впопыхах швыряя на лежанку его одежду. — Даже если Руна до сих пор не проболталась обо мне, то о тебе-то дознавателям наверняка известно! Милдред обмолвился, что тебя объявили дезертиром. А это значит, что лорд тех земель, где тебя обнаружат, по закону должен либо доставить тебя во дворец, либо осудить на месте согласно королевскому указу! А если король избрал для тебя казнь в качестве наказания? Тогда дознаватели обязаны арестовать тебя и исполнить приговор!
Энги нахмурился, натягивая на себя штаны — так ужасающе медленно, что мне хотелось встряхнуть его, чтобы пошевеливался. Да, ему все еще больно и плохо, но если он не поторопится, то может приключиться беда похуже!
— Тогда идем со мной. Я не оставлю тебя здесь одну.
— Мне-то они ничего не сделают! — как можно уверенней возразила я. — Им и в голову не придет, что я принцесса. А простая баба на что им сдалась?
— Нет, без тебя я никуда не пойду, — заупрямился Энги, насупившись еще сильнее. — А вдруг обидят тебя?
— Глупый! — я едва не взвыла, готовая рвать на себе волосы. — Если не поторопишься, погубишь нас обоих! Ну что они мне сделают? Не разбойники же, в самом деле! Расспросят, рассмотрят, что им надо, да и уберутся восвояси. Уходи же, не медли!