— Хозяйка, очнись. Прям дитё малое. Дома мороженое поешь. Нужно хорошенько подкрепиться, когда ещё поедим, — недовольно буркнул Бадик и помотал головой — ну что с этой девчонкой поделаешь, вроде взрослая, а туда же, вместо нормальной пищи ерунду заказывает.
Он уже лениво лежал на полу, объевшись мясом и сосредоточенно смотрел на кость, зажатую в лапах, размышляя, как втиснуть ее в себя.
— Ох, и правда, чего это я. Наверное, супа и жаркого будет достаточно, — смутилась я и немного виновато посмотрела на скатерть.
В тот же миг заказанные блюда появились передо мной. И я с жадностью набросилась на еду. Суп был восхитительным — грибными очень сытным. Его богатый, насыщенный вкус окунул меня в далекое детство, напоминая стряпню любимой бабушки. Я наслаждалась каждым глотком, чувствуя, как смесь лесных грибов и пряных трав тают во рту и заполняют каждый уголок моего сознания насыщением. От жаркого шел такой воображаемый аппетитный аромат, что мне казалось, будто это сама природа собралась вместе, чтобы порадовать меня. Была бы моя воля, я бы одной рукой зачерпнула ложкой густой суп, а другой уколола бы на вилку кусочек мяса с картофелем, щедро поливая всё это нежным соусом.
Насытившись, я осоловело смотрела на скатерть-самобранку, которая, мирно шурша вобрала посуду в себя, как будто магия этого места помогала мне забыть о заботах и страхах этого бесконечного дня. Уставшая и разбитая, я ощутила, как моя душа наполняется покоем и безмятежностью. Каждая деталь, каждый миг казался важным, здесь все было частью удивительного волшебства, сотворенным этим Приграничным миром.
Ещё чуть-чуть — и я уснула бы прямо, сидя за столом, бессонные ночи и испытанный ужас давали о себе знать. Сознание мое поплыло и отключалось. Я вздрагивала, перебарывая сонливость, но она победила. Сквозь сон я слышала шепот деда Афанасия, ласковый и убаюкивающий, словно шелест листвы фруктовых деревьев в моем доме.
"Уморилась, бедная. Ещё бы такие страсти пережить. Эх Степан, Степан, тяжёлую ношу ты возложил на Аннушку, да видно разглядел в ней силу несокрушимую и доброту сердечную. Но, честно скажу, вовремя. Подбирается нечисть к Ключу Лесному. Ох, подбирается, словно управляет ими кто-то могущественный. Еле-еле удерживаю их нашествие. Боюсь прорвутся сквозь стеночку мою и мир нарушат. Хаос принесут. Что с людьми тогда будет? Озвереют ведь, золото глаза их застит. Кровь рекой потечёт. Погибнет род людской. Уж сколько раз цивилизации рушились. А восстанавливать и учить уму разуму заново — ох, как тяжело. Да. Силушки поднабраться мне пора от Ключа того. С Анной пойду. А там как бог решит», — думал старик, поглаживая рукой бороду.
Он долго с жалостью смотрел на спящую девушку, которая положила голову на руку и, безмятежно посапывая, вытянулась на столе. Её лицо было спокойным, а волосы, рассыпанные по поверхности стола, словно трепетное полотно, создавали вокруг нее ауру беззащитности и умиротворенности. В этот момент он почувствовал непреодолимое, трогательное желание защитить её, уберечь от любых тревог.
Склонившись над Анной, старик непроизвольно, с забытым чувством нежности погладил девушку по голове, затем медленно взял на руки, стараясь не разбудить, и перенес в другую комнату. Её тело было легким, будто перышко, а дыхание тихим и размеренным. Бережно уложив Анну в кровать-люльку, он поправил мягкий пуховый матрас. Девушка изменила позу, поджав ноги, но не проснулась. Старик накрыл её собственноручно связанным из лепестков роз пледом, который был тёплым и приятным на ощупь.
Страж немного постоял рядом, ощущая, как успокаивается и оттаивает его сердце. Ему было приятно видеть, что его родная кровиночка спит так спокойно в его доме. Он понимал, что сейчас её мир един с этим мгновением, защищенным от всего на свете его магией. Какое-то время он просто наблюдал за девушкой, наслаждаясь тишиной и гармонией этого волшебного момента. Затем тяжело опустившись на скамью, положил руку на кровать-люльку и, покачивая ее, стал рассказывать легенду о Лесном Ключе, с которого все началось, а может все закончится.
Глава 7. Легенда
Давно это было. Сколько лет прошло с тех пор — никому неведомо.
Ещё при рождении мира его жителям покоя не было. Так сложилось, что разделены были все жители планеты на тех, кто имел способности к магии, и на тех, кто этих способностей был лишён. Долгое время люди и волшебники жили вместе на общей Земле. По началу дружно жили: помогали друг другу, ходили в гости. Даже учиться пробовали люди у магов, а маги у людей.