— А ты можешь так? — не удержался Бадик, уж тема очень любопытная была.
— По звездам то? Нет, что ты. Я только в трансе видеть могу, да и то раза два пробовал. Не за чем мне, да и некогда, глупостью такой заниматься, — отмахнулся Афанасий.
— Жаль, было бы здорово узнать свое будущее. Пусть не все, а хотя бы чем закончится наш поход, — вздохнул Бадик.
— Ничем не помогу тебе, друг. Я считаю, свое будущее делаем мы сами, значит и зависит оно только от нас. Главное — идти правильной дорогой, не сворачивая в закоулки. Будешь идти по прямой — все будет хорошо, — Афанасий посмотрел на нас и продолжил. — Самая распространённая — магия с помощью артефактов. Она может многое, но, к сожалению, не всё. Но тут много распространятся не буду, скажу только, что у меня — это посох.
— Эх, ну хоть бы нам с Анной выдал по артефакту, а то попали мы к магам и сделать против них ничего не можем. Я даже начинаю соглашаться с теми людьми из легенды, которые ох как не любили волшебников. Мне можно ошейник выдать, отражающий нападения врагов? А что, вот нападет на нас какой-нибудь темный маг, а из моего ошейника в него огненные шары начнут вылетать. Класс! — Бадик аж зажмурился представляя, себе магический бой.
— Нет Бадик, не положено. Тут и я-то темных магов опасаюсь — слишком сильные они. Да и магия у них страшная. На невидимый купол только и надеюсь, — Афанасий оглянулся вокруг, проверяя целостность купола.
— А в чем сила темных магов? Говори все, Афанасий, мы хотя бы понимать будем с чем дело иметь, может быть, придется, — тихо сказала я, посмотрев в глаза Стража.
— Надеюсь эти знания не потребуются, но думаю ты права. Темная магия страшна тем, что может одурманить каждого из нас, воздействуя на мысли и эмоции. Мы будем видеть хорошее, доброе существо, а на самом деле будет все в точности наоборот: оно с помощью иллюзий и телепатии сможет внушить все, что угодно. Ты будешь думать, что у тебя перед глазами кусок хлеба, держа змею в своих руках. Мало того, что темный маг способен изменять любую форму предметов и существ, так он еще способен создать переходные облака, которые перенесут тебя из одного места в другое, а ты и не заметишь, — серьезно произнес Афанасий.
— Неужели такое возможно? Ведь если это правда, значит мы потеряем уверенность в происходящем вокруг нас. Получается, что мир, который существует, вот это вот все, — не настоящее? И ты тоже? — мне стало невыносимо страшно.
Я вспомнила, как сам Афанасий перемещался в воздухе, когда останавливал битву между Аквалисой и крысой. Ведь он тоже может очень многое, если не все. Хотя нам твердит обратное. А вдруг я уже в ловушке? Ведь не зря же призрак деда говорил, чтобы я никому не доверяла. Я вскочила с места и под недоумевающие взгляды Афанасия и Бадика стала пятиться к краю купола, защищая себя рукой, с широко открытыми испуганными глазами. Через секунду я уже выскочила из него и мчалась по поляне, ничего не видя перед собой в кромешном тумане, который струился по земле спрятав под собою вырванный недавней битвой из земли большой корень дерева.
— Анна, отзовись! — кричал Афанасий и это было последнее, что я услышала перед тем, как споткнувшись о злосчастный корень, я полетела в глубокую яму.
Глава 12. Подземелье
— Аннушка, — тихо произнес Бадик, прислонившись носом к моей щеке. — Очнись!
Я медленно открыла глаза и, почувствовав что-то холодное под собой, резко села, опершись о стену. Увидев своего четвероногого друга, я слегка улыбнулась, но боль во всем теле мгновенно пронзила меня с новой силой, заставляя нахмуриться.
— Где мы? — спросила я, оглядываясь по сторонам.
— Ну наконец то, хозяйка, пришла в себя. Что на тебя нашло — не пойму? Ты выбежала из купола, как угорелая, и свалилась в проклятую яму. Я же не раз говорил тебе: «Под ноги смотри». Вот не слушаешь меня никогда, а теперь мы непонятно, где и, по-моему, тут очень даже небезопасно, — Бадик принюхался, но не отходил от меня.
— А ты что, прыгнул за мной? — искренне удивилась я, оглядываясь по сторонам в поисках Афанасия.
— Видать сильно ты ушиблась и, вероятнее всего, головой, если считаешь, что я могу тебя бросить. Во-первых, я собака, которая должна охранять своего хозяина, а во-вторых, я твой друг. Или ты сомневаешься в этом? — Бадик обиженно посмотрел на меня и отвернулся, вылизывая лапу.
Мне стало неловко. Как я могла усомниться в преданности собаки? Конечно, в тот момент я ни о чем не думала от страха. Все окружение, казалось мне зловещим, способным отнять ту реальность, в которой я привыкла жить, отнять доверие ко всему окружающему. Я взглянула на Бадика и покраснела от стыда. Он постоянно доказывал свою верность мне, вот и сейчас, не раздумывая ни секунды, последовал за мной в неизвестность, а я… Горло свело спазмом, я обняла Бадика и вздохнула, сдерживая слезы благодарности.