Бадик уверенно побежал вперед, обнюхивая еле заметную дорожку, держась на небольшом расстоянии от грибов, неизвестного происхождения.
Подземелье напоминало лабиринт. Его коридоры извивались и поворачивались, иногда разделялись на несколько ответвлений, которые терялись в темноте. Из-за слабого освещения было сложно разобрать, куда ведут эти пути, и что могло ждать впереди. Мы долго плутали в лабиринте пещер, пытаясь зацепится взглядом за какие-нибудь опознавательные знаки, чтобы понять, что мы не топчемся на одном месте, а продвигаемся вперёд. Время для нас потеряло всякий смысл — мы совершенно не ориентировались в нем. Когда силы покидали нас, мы ложились прямо на пол и, прижавшись друг к другу засыпали, согреваясь теплом наших тел. Мы радовались тому, что здесь есть сносный воздух, вода, от которой вначале, боялись отравится, но она оказалась чистой и пригодной к употреблению. С едой было намного хуже, но очень помог собачий нюх Бадика. Среди переплетения камней и корней деревьев под ногами, мой единственный друг, смог унюхать съедобные ростки, на вкус похожие на зеленые яблоки. Мы с отчаянием смотрели в будущее, но не опускали руки и шли дальше наперекор всему, поддерживая и заботясь друг о друге. Я постоянно чувствовала свою вину, за то, что мы здесь оказались, и бесконечную благодарность Бадику, за то, что он со мной. Его верность и преданность восхищали и добавляли смысла моей жизни. Человек должен быть кому-то нужен, увы, без этого никак. Я чётко понимала, что если бы была одна, то давно бы погибла.
В один из таких однообразных дней, позавтракав опостылевшими корешками, мы продолжили наш бесконечный путь. Увидев туман, стелющийся по земле, мы остановились перед очередным изгибом заросшей и скользкой дорожки. Нашим взорам открылось небольшое озеро необыкновенной красоты и прозрачности, словно высеченное среди камней. Водная гладь, словно жемчужина, ярко выделялась на фоне окружающей ее природы.
Бадик подбежал к воде, нюхая аромат свежести и с разбегу запрыгнул в воду. Я последовала за ним, с упоением погружаясь в зеркальную прозрачность подземного озера. В неожиданно теплом объятии воды ощущалось, будто в каждой ее капельке была заключена частичка энергии, которая дарила тепло и умиротворение. Озеро было неожиданно глубоким, будто сюда ручейками стекала вся вода из подземелья. Фиолетовые цветы, великолепие которых сравнивалось лишь с нашими лилиями, украшали берег озера, создавая насыщенный ковер красоты.
От души накупавшись и одновременно, смыв слой грязи с кожи и волос, мы почувствовали неимоверное облегчение, будто вся тяжесть спасения мира, обрушившаяся на наши плечи, на мгновение уменьшилась. С каждой минутой проведенной в этом оазисе спокойствия и красоты, укреплялась наша уверенность в том, что ещё немного и выход из подземелья будет найден. От этого на душе становилось чуточку теплее.
Немного отдохнув, мы пересекли небольшую пещеру, прилегающую к озеру, окутанную какими-то тонкими нитями, и вскоре заметили дорожку, ведущую вглубь. Из-за поворота, показалось нечто необыкновенное, заставив наше сердца забиться быстрее в предчувствии свободы.
Перед нами предстала маленькая пещера, вход которой был закрыт железной дверью. Ее стены были разрисованы символами, похожими на руны, каждая из которых была обведена светящейся изнутри рамкой. Они тянулись вниз по стене, обрамляя маленький оазис полутьмы, где маленькая лужица отражала бледный свет, исходящий из прямоугольного кристалла, который покоился на ее дне.
Затаив дыхание, мы рассматривали необыкновенную, вероятно жилую пещеру, всем нутром ощущая, что ещё один шаг и мы окажемся в ловушке, в которой притаились могущественные магические силы этого мира. Казалось, что за дверью пещеры спрятаны мрачные секреты, которые лучше не раскрывать. Каждое мгновение здесь пульсировало загадкой, постоянно напоминая о том, что, оставаясь здесь мы подвергаем свои жизни опасности. Но мы не могли заставить себя развернуться и уйти, ведь тем самым, мы обрекли бы себя на мучительную гибель, а здесь оставалась призрачная возможность на спасение.
Не оставляя себе шанса на отступление, с молчаливого согласия собаки я подошла к железной двери и приготовилась постучаться, когда услышала шорох, раздавшийся за спиной. Почувствовав холодок, пробегающий по коже, я резко развернулась, чуть не наступив на Бадика, который ощетинившись встал перед мной, готовый защитить.
— Кто здесь? Выйди на свет, пока я не вцепился тебе в горло! — громко крикнул он.