Пару мгновений они напряженно смотрели друг на друга, словно сцепившись в безмолвной борьбе. Лили знала, что ей не одолеть ведьму, не заставить так просто изменить решение. А если она лишится расположения Жозель и окажется в невыносимых условиях, то кому от этого станет лучше?
– Я рада и очень благодарна тебе. Извини, если прошу слишком много, – проговорила Лили примирительным тоном.
– Так-то лучше. Идем, я накормлю тебя, а затем отведу обратно в темницу.
– Я думала ты передашь мне еды с собой, – как бы между прочим пробормотала Лили.
Жозель хмыкнула:
– Думаешь, я не знаю, что ты делишься ею с Мирисом?
Лили смутилась, почувствовав себя глупо. Их давно уличили, но по какой-то причине продолжали потворствовать, вместо того чтобы наказать.
– Не то, чтобы я не догадывалась, – пожала плечами Лили, продолжая спускаться, – просто не могла остаться в стороне. Принцу приходилось есть что попало из-за того, что вы добавляли зелье ему в еду.
– В его еде давно нет никакого зелья, – рассмеялась Жозель, – даже странно, как он этого не понял. Какой толк тратить на него отвар, когда и железные кандалы прекрасно сдерживают магию?
– Вот как? – эхом отозвалась Лили.
– Но сегодня Мирис останется голодным, в назидание вам обоим. – бросила через плечо Жозель, на что Лили пришлось промолчать.
Они вышли из башни и зашагали по переходу. Легкий прохладный ветер, завывающий под сводами, тут же подхватил волосы, отбрасывая их за спину. Лили обернулась, глядя на темные окна под остроконечной крышей. Видел ли её сейчас Алтэй? Или сразу погрузился в сон, растратив последние силы на разговоры?
Когда она вернулась в темницу, было уже темно. Из расщелины на пленников смотрела луна в окружении звезд.
– Как все прошло? – спросил Мирис, стоило тяжелой двери затвориться. – Виделась с лекарем?
– Виделась, – подтвердила Лили, усаживаясь возле решетки, – вот только толку от нашей встречи было мало.
Лили понимала, что нельзя рассказывать принцу обо всем. Ведьмы наверняка будут подслушивать. Но поделиться хоть какими-то сведениями все же хотелось.
– Алтэй собирается уступить требованиям в обмен на наше освобождение.
– Но это означает, что он поможет им свергнуть отца? – голос Мириса дрогнул.
– Увы, иного выхода нет. У ведьм и Тарлока слишком много рычагов давления. Остается надеяться, что твоего отца не так просто победить. В конце концов, король должен знать, как защитить королевство.
– Верно, – ответил со вздохом принц, – вот только будет ли он готов? И кто захочет сражаться на его стороне, когда даже дети не встанут за его плечо? Страшно представить, что с ним станет, когда он узнает, что Нэсса предала нас.
– Не отчаивайся раньше времени. Еще неизвестно, чем все может кончиться, – уклончиво ответила Лили, – к слову, тебе стоит начать есть, чтобы запастись силами. Жозель заверила, что в еду больше не добавляют зелье. Потому что железный ошейник и без того лишает тебя сил.
Мирис хмыкнул, прислонившись спиной к прутьям решетки. Цепи негромко звякнули.
– Это вполне может быть уловкой. Близится самая короткая ночь, и я буду нужен Тарлоку. Убедить есть еду, обманчиво не начиненную ведьминской отравой – самый простой способ.
– Тебе не кажется, что у них есть куча иных способов лишить силы?
– Возможно, но я все же воздержусь.
– Как знаешь. – сдалась Лили. – К сожалению, ведьмы не дали сегодня ничего съестного, придется ждать до следующего их визита.
– Что ж, мне не привыкать, – сказал Мирис, – днем больше, днем меньше.
– Завидую твоей выносливости, – улыбнулась Лили и зевнула, – а мне, пожалуй, пора отдохнуть.
– Поспи, Лили. Я привлеку тебе добрый сон песней.
– Разве ты сам не устал?
– По ночам я чаще бодрствую.
– Настоящая сова, – тихо рассмеялась Лили и завалилась на кровать.
Глава 20
Глава 20
Тропинка среди пышных кустов уводила все дальше. В чистом весеннем воздухе разливались сладкие ароматы зелени и цветов. На небе было ни облачка. Солнечные лучи, теплые, ласковые, пробивались сквозь листву и выплясывали на дорожке озорными бликами. Они словно манили за собой. И маленькие ножки в красных сандаликах бежали вперед, давно оставив позади лесную базу отдыха.
Но вот среди деревьев мелькнула поляна. Утопающая в цветах, наполненная светом, шумом ветра в ветвях и восхитительными трелями птиц. Дивные бабочки порхали с цветка на цветок и крылышки их сияли, будто припыленные мерцающей пудрой.
– Ты потерялась, дитя? – окликнул девочку мягкий приятный голос.
На траве, прислонившись к высокому, поросшему мхом пню, сидела прекрасная женщина. Ее волосы цвета спелой пшеницы волнами покрывали плечи и спускались прямо до талии. Белоснежное платье было расшито золотым узором, а голову покрывала пышная корона из цветов.