Ульмус воззрился на раскрасневшегося, запыхавшегося Сорэна, перевел взгляд за его плечо и ахнул, заметив принца.
– Вы же… – мастер не договорил, прикрыв рот ладонью. Затем опомнился, быстро высунулся наружу и огляделся по сторонам, словно боясь, что кто-то мог их заметить. После чего махнул рукой, – заходите скорее!
Сорэн и Орис вошли в дом, и Ульмус заперся сразу на два замка.
– Проходите и садитесь на диван, – скомандовал он, шагнул к окну и плотно прикрыл ставни, не оставляя между ними и щелочки. Затем выдвинул ящик в узком комоде и вытащил оттуда три свечи. Закрепил каждую в подсвечнике, поджог фитили, и через мгновение теплый свет наполнил комнату.
Орис с любопытством рассматривал лавку мастера Ульмуса.
Большую часть помещения занимали стеллажи и прилавки с различными склянками и цветными порошками в них. Минералами, сушеными травами в мешочках и прочими редкими ингредиентами. В другой половине располагались витрины с пустыми банками, пузырьками и флаконами на продажу, принадлежности для письма, чистые блокноты и свитки. Здесь же, целый стеллаж занимали уникальные товары для дома. Будь то ножи для бумаги или чернильницы, шкатулки или карманные зеркальца, вазы или подсвечники, все имело свой неповторимый, особенный вид. В самом углу комнаты Орис разглядел на полках фигурки из дерева и керамики. Не смотря на обилие вещей, в лавке царили уют и порядок.
– Что привело вас ко мне, ваше высочество? – серьезным тоном вопросил Ульмус, присаживаясь напротив. Он понимал, что столь высокородный гость возник на его пороге не случайно.
Орис изумленно округлил глаза.
– О, разумеется, я знаю кто вы такой, – улыбнулся мастер. – Несколько лет назад путешествие завело меня в столицу, где на праздновании конца года я имел честь видеть королевскую семью. Тогда на площади вашему брату было дозволено зажечь первые священные огни. То было восхитительное зрелище!
Орис кивнул и хотел было сказать, что помнит это событие, но вместо слов из его рта вырвались хрипы.
– Ох, что за напасть? – нахмурился Ульмус.
– Его заколдовали ведьмы, лишили голоса, – пояснил Сорэн, – он даже не может написать о том, что случилось!
– Ведьмы? – брови Ульмуса взлетели вверх. Вот уж о ком мастер явно не ожидал услышать.
– А еще вот… – продолжил Сорэн, сунул руку в карман и вытащил лягушку.
Несколько мгновений Ульмус смотрел на нее не менее озадаченно, чем на Ориса, после чего воскликнул:
– Ирис?
– Ее тоже заколдовали, – печально изрек Сорэн.
Ульмус подскочил с места, шагнул к одному из стеллажей, подхватил черную бархатную шкатулку и вытащил из нее пенсне.
– Так, позвольте взглянуть, – проговорил он, водружая их на нос. По всей видимости, он не собирался тратить время на расспросы, как и при каких обстоятельствах были наложены чары, а вознамерился сразу перейти к делу. Такой подход Орису был по душе.
– Начнем с вашего высочества.
– О, сейчас он все увидит, – со знанием дела пояснил Сорэн, – это не простые очки.
Ульмус приблизился к Орису, чуть наклонился, убрав руки за спину, и пригляделся. Прозрачные стекла в неярком освещении блеснули цветным переливом, приковали к себе внимание, но уже в следующее мгновение сделались совершенно обычными.
– Все верно, я вижу нити темного колдовства, они стягивают горло и руки, – мастер коснулся запястья принца, подцепил невидимую нить пальцем и внимательно рассмотрел ее. – Чары хитро устроены, но, к счастью, не слишком сильные. Избавление от них не займет много времени.
Он отстранился, сунул пенсне в нагрудный карман и подступил к полкам с ингредиентами. Выхватил из стройного ряда банок ту, что была наполнена зеленым порошком, уверенным движением отсыпал в стакан пару ложек и разбавил снадобье водой.
– Выпейте это и посидите пару минут, – Ульмус протянул питье Орису, – колдовство ослабнет, и я без труда оборву путы.
Полагая, что хуже уже не будет, Орис принял стакан и, не раздумывая, осушил до дна. Жар прокатился по всему телу, а вслед за этим на руках и шее медленно проступили черные, искрящиеся нити. Глаза мастера вспыхнули фиолетовым огнем.
Он прищурился, проговорил что-то на древнем наречии и резким движением пальцев разорвал чары. Никто из них даже глазом моргнуть не успел. Нити черным пеплом осыпались к ногам принца и тут же истаяли. Орис закашлялся.
– Ничего, сейчас все пройдет, – легонько похлопал его по спине Ульмус.
Сорэн заботливо подал принцу воды. Тот сделал большой глоток, а затем, наконец, выдохнул: