– Вы еще здесь? – недовольно обернулся к ней камердинер.
Кедра колебалась. Еще секунду она наблюдала за тем, как стража скручивает руки Ирис и принца веревками, затем резко развернулась и пошагала прочь.
– Так значит ты заодно с моей сестрой? – бросил через плечо Орис, возвращая внимание камердинера.
– Она уверила меня, что так будет лучше для вас, – отозвался тот и поклонился, – а я служу вашему роду.
– Ты идиот Тёрн, – хмыкнул Орис, – когда узнаешь, что сделала принцесса, сильно пожалеешь о том, что принял ее сторону. А уж я позабочусь, чтобы тебя наказали, как следует!
Камердинер лишь усмехнулся и махнул рукой, а принцу показалось, что предательство Нэссы давно не было для его слуги новостью. Однако, он был себе на уме. Докладывать о том, что Орис пропал камердинер не стал, вероятно, боясь за свою голову. И осуществлял поиск своими силами. Оставалось надеяться, что в решающий момент он предпочтет сбежать, вместо того чтобы разыгрывать из себя верноподданного.
Стража уволокла пленников и заточила Ирис в королевском подземелье, а Ориса в собственных покоях.
Глава 21
Глава 21
Из расщелины под потолком темницы лился теплый оранжевый свет. Стало быть, день шел на убыль. Солнце садилось и Лили знала, что за ней скоро явятся, хоть в тайне и уповала на чудо. Если бы только король Ойвин узнал о заговоре, если бы Ирис и Кедра смогли все рассказать ему, то все могло закончиться, даже не начавшись.
В подземелье было тихо. Настолько, что было слышно, как где-то вдалеке стекает вода. Лили лежала на кровати и равнодушно таращилась на черные прутья решетки. Мирис снова дремал, пытаясь хоть как-то восполнить силы.
Когда почти стемнело, замок на двери щелкнул. Лили вздрогнула, приподнялась и села на кровати, свесив ноги. Тяжелые шаги прошаркали к ее темнице, и гнусавый голос молвил:
– Поднимайся, дитя, время пришло. – это была одна из помощниц Жозель, но имени ее Лили не знала. – Я принесла тебе чистую одежду и немного еды. Поторапливайся, праздник уже в разгаре.
Она просунула часть принесенных вещей через решетку и положила на пол.
– А что насчет меня? – раздался удивленный голос Мириса из-за стены.
– За тобой явятся позже, красавчик, – колдунья шагнула в сторону и положила сверток возле его темницы. Затем произнесла заклинание, и тяжелые цепи, сковывающие принца, рухнули под ноги, оставив на нем лишь железный ошейник. – Повелитель велел тебе тоже переодеться. Негоже являться на бал в обносках.
– Спасибо за заботу, – насмешливо изрек Мирис.
– Удивительно, у него еще есть силы дерзить, – тряхнула головой ведьма и обернулась к Лили, – я приду через четверть часа, будь готова.
Когда она исчезла за дверью, Лили подхватила узел с вещами и кинула на кровать. Затем нащупала кристалл и зажгла свечу. В подземелье стало совсем темно, а зрением, как у Мириса, она похвастаться не могла.
– Волнуешься? – спросил принц, разворачивая сверток прямо на каменном полу, – ты не проронила ни слова с момента, как ведьма вошла сюда.
Лили вздохнула, прикрыв глаза ладонями, словно собираясь с силами:
– Очень. Страшно представить, чем может закончиться сегодняшняя ночь.
– А ведь когда-то это был мой любимый праздник, – поджал губы принц.
Лилии досталось простое однотонное платье без оборок и лент, со скудной вышивкой по корсету, больше похожее на крестьянское, чем на бальное. Что совсем не удивило, ведь шли они туда вовсе не ради танцев. А с момента, когда Тарлок ступит в зал, внешний вид – это последнее, что будет волновать окружающих.
Лили и Мирис разделись практически одновременно и принялись облачаться в приготовленные одежды. Принц то и дело шипел, задевая ошейник, и что-то тихо бубнил себе под нос. Управиться с рубахой, когда на шее висела такая тяжесть, было не просто.
Вскоре вернулась ведьма. Позвякивая ключами, она отперла замок и выпустила Лили. Затем, не слишком церемонясь, обхватила запястье пленницы и повела за собой.
– Идем, нас уже ждут.
Но Лили резко ухватилась за решетку темницы Мириса, заставив ведьму притормозить.
– Увидимся наверху, ваше высочество, – она грустно улыбнулась в темноту, разглядев лишь очертания его силуэта, – надеюсь судьба будет милостива к нам. Ко всем нам.
– До встречи, Лили, – отозвался Мирис, – спасибо, что была моим другом все это время.
Она кивнула, разжала пальцы, и ведьма уволокла ее прочь.
На площади перед подземным дворцом было шумно. Ведьмы оживленно переговаривались, предвкушая вторжение на королевский бал. Некоторые из них посмеивались, то и дело бросая косые взгляды на Алтэя, стоящего подле Жозель. Он держался отстранено, с присущей ему аристократической выдержкой. Словно не он был здесь пленником, а кто-то совсем другой.