Ведьмы почти повалились на пол, но все же устояли, так и не разомкнув ряды. Кто-то успел опереться на посох, кто-то зацепился за одежду стоящих рядом сестер. Алтэй упал на одно колено, обхватив Лили руками. В последний момент защитив ее спину от столкновения с вздыбившейся каменной плитой. Свечи в подвесных трехъярусных люстрах частично погасли, разломились и осыпались вниз. Но в тот же миг оставшиеся обломки полыхнули зачарованным огнем в несколько раз ярче, не позволяя тьме подступить ближе.
Издав отчаянный вопль, Ойвин принялся наносить удары, однако Тарлок и его приспешницы с легкостью, почти играючи, отражали каждый из них. Темный повелитель больше не нападал, словно бы ждал, когда соперник уже выдохнется и сдастся, по-хорошему.
Под зеленые всполохи заклятий Кедра и Орис вбежали в тронный зал. Сейчас он представлял из себя жалкое зрелище. По всей поверхности его расходились трещины, будто ее вспахали, осколки стекла покрывали пол вперемешку с цветами и листьями, лентами и кусками оборванных портьер. Повсюду лежали тела спящих. Некоторых изрядно завалило камнями и мраморным крошевом, обломками мебели и кусками ткани.
И посреди этой разрухи, в центре над троном короля, возвышалось прекрасное Древо Жизни. От него исходило завораживающее свечение, волнами расходящееся по стенам и потолку. Древо почти набрало свою полную силу.
Магические атаки короля фей иссякли и Кедра с Орисом оказались в центре внимания.
Узрев старую знакомую, Тарлок расплылся в радушной улыбке:
– Кедра, какая неожиданность! Мой бывший талантливый генерал. Отрадно видеть, что и тебе удалось переродиться. Присоединяйся к нам. Быть может, у тебя получится убедить его величество уступить трон? – Тарлок обошел плененного Мириса, и приподнял его подбородок лезвием меча. По шее принца тонкой струйкой потекла кровь. – Знаешь, ради сохранения власти он даже готов пожертвовать собственным сыном. Я удивлен.
– Это не так! – яростно выкрикнул Орис. – Первостепенный долг короля защищать подданных и королевство, и только затем своих близких. Мы все служим этой цели!
Тарлок развернулся и впился в него цепким взглядом:
– О, а это наш никчемный, лишенный талантов младший принц. Все еще думаешь, что ваша жизнь что-то значит для отца? – он хмыкнул. – Вот что, мальчик, предлагаю вам с Кедрой перейти на мою сторону. И когда я взойду на трон, вы будете щедро вознаграждены.
– Не лгите, ваше бывшее величество. Мы оба понимаем, что, когда все закончится, вы не оставите нас в живых, – усмехнулась воительница.
Тарлок качнул головой, и тьма за его спиной сгустилась:
– Как знаешь… – он снова взглянул на короля Ойвина, что дрожащей рукой опирался о ствол дерева из-за магического истощения, затем обернулся к Мирису и занес меч над его головой. – Довольно разговоров! Вы порядком утомили меня, а времени до полуночи осталось не так много. Если королю действительно не дорога жизнь наследника, тогда я убью его!
Тарлок размахнулся, Мирис закрыл глаза, ожидая худшего, а Лили и Орис одновременно вскрикнули.
– Дуэль! – громогласно воскликнул король Ойвин. – Я вызываю тебя на дуэль! Победившему достанется трон.
Тарлок остановил клинок в паре сантиметров от шеи старшего принца и насмешливо скривился:
– Тебе все еще мало? Ни одна попытка сразить меня не увенчалась успехом.
– Верно, ибо наши силы равны. Моё колдовство не может нанести тебе серьезного вреда. Поэтому я предлагаю биться на мечах, без магии.
– Зачем мне биться с тобой? Ты выдохся, и вскоре я, итак, смогу получить желаемое.
– Боишься проиграть? – лицо короля фей приняло еще более ожесточенный вид.
На мгновение Лили показалось, что он стал выглядеть значительно старше, будто сквозь прекрасную маску проступили его истинные года. Было ли это следствием сильного гнева или колоссального расхода магии, она не знала.
– Что ж, давай сразимся, – Тарлок отнял меч с шеи Мириса, демонстративно прочертил лезвием по полу, и шагнул к Жозель, поманив ее пальцем. Та покорно приблизилась, и он что-то коротко шепнул ей.
– Скрепим обещание не использовать силу, – произнес король фей, сорвал с Древа Жизни зеленый, объятый свечением лист и произнес заклинание, – нарушивший слово – лишится магии навсегда. Ее вберет Древо.
Тарлок хмыкнул. Кажется, его забавляли старания короля Ойвина обезопасить себя. И все же он прошел к трону и коснулся зачарованного листа:
– Я принимаю условия.
Ведьмы тут же засуетились, принимаясь расчищать место для дуэли. Спящих растащили по разным сторонам зала, а крупные обломки камня и дерева истаяли под воздействием чар.