Клинок принадлежал Сорэну. Он стремительно перемещался, нанося удары, пока не оказался рядом с Алтэем. Колдуньи, что удерживали его, рухнули как подкошенные, даже не успев опомниться и защититься.
Огромный филин пролетел над их головами, издав громкий крик, подлетел к Лили и выпустил из когтей добычу, сорванную с шеи Жозель. Лили чуть подалась вверх, и кристалл с кольцом упали ей прямо в раскрытую ладонь. Недолго думая, она перекинула прозрачный осколок кварца Ирис, стоящей неподалеку. Затем схватила кольцо и подняла голову. Их взгляды с Алтэем встретились. Лекарь замер в недоумении, выставив руку вперед, словно пытаясь уберечь ее от опрометчивого поступка. Но Лили давно были известны последствия. Она кивнула, улыбнулась и одним быстрым движением надела кольцо на безымянный палец. Камень в оправе сверкнул изумрудным светом. Отныне и навсегда они с лекарем принадлежали друг другу.
Лили бросилась со всех ног к Алтэю, схватила за руку и крепко переплела их пальцы:
– Скорее, мы должны коснуться Древа, только тогда все закончится! Так сказала Богиня.
Совы по-прежнему терзали Жозель, закрывая обзор крыльями и не позволяя ей видеть, что происходит вокруг. Хельга безуспешно пыталась помочь, но в итоге сама попала под неистовые удары острых когтей.
Постепенно один из филинов начал слабеть и Жозель незамедлительно воспользовалась ситуацией.
– Прочь! – воскликнула она, взмахнула руками и отбросила от себя птиц.
Те разлетелись по разным углам зала, утонув в ворохе перьев. Вне себя от гнева, она развернулась и почти нос к носу столкнулась с Алтэем и Лили. Те замерли всего в паре шагов от нее.
– Не знаю, что вы задумали, но я не позволю вам этого сделать! – злобно прошипела она. Выглядела Жозель ужасно. Волосы клоками торчали во все стороны. Перекошенное лицо, шею, грудь и руки покрывали глубокие царапины. Ее приспешница Хельга кряхтела на полу, пытаясь оправиться после нападения сов.
Жозель сунула руку в декольте, туда, где прежде висел кристалл, и замерла, округлив глаза:
– Проклятые совы! Они обокрали меня! – она рассмеялась, осознав, сколь ловко ее провели, но в следующее мгновение вновь стала серьезной. – Ничего, у меня еще есть чем удивить!
Жозель растопырила пальцы, намереваясь применить заклятие, но Сорэн опередил ее. Дунул в свисток, подаренный мастером Ульмусом, стремительно рванул вперед и с такой силой ударил ее в грудь, что повалил навзничь. Высвободившаяся сила намертво прибила ведьму к земле, не позволяя даже пошевелиться. Хельга кинулась на Сорэна. Вцепилась дрожащими руками в его горло и принялась душить. И он уже было занес клинок, как сзади раздался знакомый, уверенный голос:
– Давай ка я тебе подсоблю!
Кедра взбежала на подиум и навалилась сверху, вызволяя Сорэна из хватки ведьмы. Вместе они пригвоздили ее руки к полу.
Алтэй и Лили даже глазом моргнуть не успели. Они переглянулись, переступили через Хельгу, протянули ладони и одновременно коснулись Древа Жизни. Мягкое голубое свечение оплело их запястья, потянулось вверх по предплечьям и окутало с головой. А затем оглушительный звон колокольчиков наполнил зал, поглотив все остальные звуки. Древо вспыхнуло ярким зеленым пламенем. Свечи разом погасли, и зеленый столб света охватил дворец целиком.
Глава 22
Глава 22.
Когда Лили открыла глаза, вокруг все стихло. В зале царил полумрак, но за окнами уже занимался рассвет.
У самого входа в зал друг напротив друга замерли два короля. Бывший и нынешний. Израненные, истекающие кровью и смертельно усталые. Меч Тарлока внезапно дрогнул, выпал из рук и глухо ударился об пол. Он перевел взгляд на свои ладони и в ужасе отшатнулся. Медленно, начиная с кончиков пальцев, по ним расползалась чернота.
– Нет, только не это! – вырвалось из груди Тарлока, прежде чем тьма полностью поглотила его, и тело осыпалось пеплом.
В то же мгновение откуда-то налетел сильный ветер, вынес из прохода застрявший обломок двери тронного зала и выдул каждую песчинку черного пепла прочь. Король Ойвин обессиленно упал на колени, отбросив меч в сторону. Битва была окончена.
Лили огляделась. Большинство ведьм корчилось на полу. Они стонали и причитали, держась за раны, что нанесли им Кедра и Сорэн. Те из них, что еще могли стоять на ногах, испуганно жались к колоннам и перешептывались, не понимая, чего теперь ждать.