Винз пожал плечами. Достал из кармана еще один орех, расколол и протянул Лили.
– У него слишком доброе сердце, он не может долго обижаться.
– И нечеловеческое терпение, – хмыкнула Лили, принимая дар.
– Это точно! – согласились близнецы одновременно.
– И как же вы познакомились?
– О, это еще одна веселая история, – сказал Винз, – как-то раз на Дне урожая мы хорошо набрались, и Сорэн поспорил с младшим братом Восточным ветром, что перепрыгнет с одного раза самое высокое дерево в округе.
– Стоп, стоп! – подняла ладонь Лили. – С Восточным ветром? Настоящим ветром?
Братья кинули.
– Как такое возможно?
– Очень даже возможно, – заверил Винз. – Он, к прискорбию, не имеет телесной формы, но в определенные дни и особенно в праздники, может позаимствовать тело у какого-нибудь прохожего. В таком виде он часто творит сумасбродные вещи. – Винз рассмеялся. – Слышала выражение «ветер в голове»?
Лили удивленно охнула, почти не веря в то, что слышит, но все же согласилась:
– Слышала, но никогда не думала, что имелась ввиду одержимость ветром-шутником.
– В вашем мире нет магии, поэтому и смысл иной, – с уверенностью сказал Сорэн.
– Так что стало с вашим спором?
– Ах да, – спохватился Винз, – долго тянуть не стали. Нашли самую высокую сосну, и Сорэн прыгнул, да не достал всего пару метров и полетел вниз. Прыгать с похмелья было не лучшей затеей. А сосна эта совсем необычная. Такая высокая она вымахала, потому что посадила ее сама Богиня. Никакие чары вблизи нее не действуют, и потому Сорэн не сумел остановиться или зацепиться за что-то. Я кое-как поймал его у земли! Да вот беда, пока он летел, посшибал ногами и головой несколько десятков веток. – Винз покачал головой. – Восточный ветер так хохотал, что аж из тела вывалился! Вот только не до смеха нам стало, когда увидели, что Сорэн не может пошевелиться.
– Да уж, забавные у вас игры, – невесело изрекла Лили, – дайте угадаю, без переломов и сотрясения не обошлось?
– Не обошлось. Покалечился Сорэн знатно. Повезло, что Восточный ветер хорошо знал Алтэя, он то и надоумил к нему пойти. Как сказал потом мастер, не принеси мы его вовремя, Сорэн хромал бы до конца своих дней.
– Я провалялся в постели два месяца. Все это время Винз жил здесь, ухаживал за мной и помогал мастеру по дому. Такой была плата за лечение, – подхватил рассказ Сорэн.
– После, в благодарность за излечение, мы стали наведываться к Алтэю несколько раз в неделю и помогать по хозяйству. Он, разумеется, был против, но мы настояли. Вести хозяйство, собирать травы, готовить отвары и лечить больных – задача не простая. Нам было в радость взять часть хлопот на себя.
– При этом вы не упускали возможности подшутить над ним, – с укором заметила Лили.
– Да это случалось-то пару раз! – рассмеялся Винз. – Мы делали это не со зла.
– Все так говорят.
– А вот и не все! Духи ветра совсем незлобивы, спроси у кого угодно! – возмутился Сорэн.
Лили приложила палец к губам, призывая близнецов говорить тише. Вряд ли лекарю будет приятно слышать о себе сплетни. И только она об этом подумала, как в гостиную вошел Алтэй. Он бросил взгляд на братьев, затем на Лили, смущенно кашлянул и произнес:
– Все готово, прошу к столу.
– Ох, до чего же я голоден! – воскликнул Сорэн и подскочил с места. Он было уже обогнул лекаря, но тот удержал его за локоть.
– Ты растерял все манеры? – ровным тоном спросил Алтэй.
Бежать впереди гостя считалось дурным тоном. Винз, уловив намек, тут же протянул руку Лили, приглашая следовать за собой.
Большая столовая соединялась с меньшей по размеру кухней, арочный вход из которой уводил в длинный темный коридор. Заметив любопытный взгляд Лили, Алтэй пояснил:
– Там находятся лекарская кладовая и мой кабинет.
Она кивнула, продолжая осматриваться. Несколько свечей на столе не давали хорошего освещения, однако и без того было видно, что в столовой царят уют и порядок. Бледно-бежевая или серая мебель, в полумраке наверняка было не разобрать, аккуратные полочки и шкафы, резные стулья и овальный стол, где сейчас дымился ароматный ужин. Восхитительное, украшенное растительным узором окно, занимало почти всю стену и едва не упиралось в пол. Судя по всему, по утрам здесь было много солнечного света.
Они расселись за столом. Постелив салфетку на коленях, Алтэй проговорил:
– Теперь, я полагаю, вы поведаете о том, что приключилось в лесу.
– Клянусь, ничего дурного мы не замышляли, – сходу начал Винз.
Они с братом почти синхронно завернули салфетки за ворот рубахи, вместо того чтобы уложить их как положено.