– Его величество слывет строгим, но справедливым правителем, – подхватила Ирис, – будем надеяться на его милость. Особенно, если выясним, что случилось. – А теперь поешьте, мне нужно отнести посуду на кухню.
Глава 12
Глава 12.
Как и обещал распорядитель, служанка разбудила Лили в час розы, то есть ровно в девять утра. Она принесла форму для придворной врачевательницы: белоснежную, накрахмаленную рубаху с зеленым жилетом и длинной, прямой юбкой из плотной ткани. Поверх рубахи следовало надеть удлиненный пиджак, подобный мужскому сюртуку, но пошитый под женскую фигуру.
Лили с облегчением вздохнула. Такой наряд был даже лучше того, что добыла ей Ирис. В форме она выглядела совершенно по-деловому.
Умывшись и причесавшись, она спрятала камень-хранитель в потайном кармане на поясе юбки. Такие кармашки имелись почти на каждом платье, что было крайне удобно.
В половине десятого Лили принесли завтрак и настоятельно рекомендовали не затягивать трапезу. Стоило ей закончить, как в дверь снова постучали. На сей раз это был Бэзил.
На нем был похожий костюм лекаря, только в его мужской версии.
– Что ж, пожелаем нам удачи, – сжала кулаки Лили, настроенная на плодотворную работу. Она не волновалась так даже на первом проф экзамене.
– Сейчас бы изловить лепрекона, чтобы он сотворил нам эту удачу, – хмыкнул Бэзил.
– А это возможно?
– Увы. Маловероятно, что мы отыщем здесь хотя бы одного.
– Вот так всегда, – невесело изрекла Лили.
Они вышли в коридор, где их уже дожидался личный слуга младшего принца.
– Его высочество, принц О́рис, ожидает вас, – чванливо проговорил он, словно разговаривать с ними было ниже его достоинства. – Сразу предупрежу: не пытайтесь использовать чары, это пустая трата сил. В целях безопасности во дворце установлен барьер, защищающий от любого магического воздействия. Колдовать может лишь королевская семья.
Лили и Бэзил переглянулись.
– Не слышу ответа! – камердинер закатил глаза.
Лили смерила тощего зазнайку недобрым взглядом. Он походил на кузнечика, затянутого в шелка.
– Да, мы вас поняли, – отозвался Бэзил.
– Отлично. Еще одно правило: вы не должны прикасаться к его высочеству, все манипуляции дозволяется проводить на расстоянии.
– Это как? Мы должны по одному взгляду на него поставить диагноз? – нахмурилась Лили.
– Именно. Или вы не лекари вовсе? – надменно изрек камердинер.
– Осмотр — это неотъемлемая часть процедуры. При чем тут наши способности? Быть может, никто не смог излечить принца, потому что вы не давали им выполнять свою работу?
– Вероятно, им просто не хватило знаний, – хмыкнул тот.
Бэзил мягко коснулся Лили рукой, призывая не спорить.
– Но как мы будем его лечить? – шепнула ему в ответ та.
– Разберемся на месте, – тихо отозвался Бэзил.
– Если его высочество велит уходить, вы беспрекословно покинете покои, – продолжал сыпать правилами личный слуга.
– Ясно, – ответила Лили, уже не слишком надеясь на то, что им удастся собрать хоть какой-то анамнез.
– Теперь, когда я ознакомил вас с правилами, мы можем идти.
Камердинер развернулся и зашагал по коридору. Лили и Бэзил двинулись следом. У покоев принца он резко затормозил, еще раз смерил лекарей придирчивым взглядом и молвил:
– Не забывайте, кто перед вами. Ваша речь должна быть почтительной.
– Разумеется, – приложил руку к груди Бэзил.
Камердинер постучал в дверь три раза и вошел внутрь. Лили и Бэзил держались позади.
– Ваше высочество, к вам прибыли лекари, – проговорил камердинер, склонившись в поклоне.
В покоях было мрачно, несмотря на то что за окном вовсю светило солнце. Тяжелые портьеры закрывали окна, пропуская внутрь лишь тонкую полоску света. В центре комнаты росло большое дерево, подобное тому, что Лили видела в тронном зале, только гораздо меньших размеров. По листьям стало понятно, что это дуб.
Принц сидел на кровати лицом к окну и не шевелился. На нем была длинная, почти до пят, ночная сорочка с воротником стойкой. Прямые темные волосы, длиной до середины уха, были слегка растрепаны.
– Мы можем подойти ближе? – осторожно спросил у камердинера Бэзил.
– Да, приступайте, – кивнул тот, – но помните, о чем я предупреждал.
Бэзил приблизился к кровати и склонился в поклоне.
– Ваше высочество, меня зовут Бэзил, позвольте осмотреть вас.
Принц по-прежнему оставался недвижным, глядел в одну точку перед собой и даже не удостоил его взглядом. У Бэзила заныло в груди. Не так давно, в похожей позе у окна сидел и Алтэй. Совершенно безразличный ко всему. Утопающий в глубокой тоске. Ситуация была до боли схожей. Вот только, что стало причиной такого состояния у принца?