Среди тонких иссохших деревьев, в самом центре высился массивный дуб. Бледный лунный свет, исходящий из единственной расщелины под сводом скалы, скользил по его стволу и кроне. Повсюду валялись булыжники, большие и малые, а само дерево сильно напоминало своего собрата из тронного зала на поверхности.
– Куда же мы вышли? – ахнула Ирис, оглядываясь по сторонам. – И почему здесь светит луна? Неужели мы пробыли под землей так долго?
– Вероятно, дорога водила нас дольше, чем я предполагал, – нахмурился Винз, – но также это может быть иное пространство.
Лили растерянно потопталась на месте, сделала пару шагов в сторону и вдруг заметила, как освещение неуловимо переменилось. Она повернула голову и замерла, различив прикованную к дубу знакомую фигуру.
– Алтэй! – воскликнула Лили, узнав лекаря.
Тело его наполовину вросло в ствол, руки безжизненно висели на ветвях, на запястьях тускло поблескивали крепкие железные путы. Сейчас он мало походил на того Алтэя, каким она его помнила. Длинные зеленые волосы, свисающие ниже пояса, заострившиеся черты лица, неестественно бледная кожа. В нем словно не осталось ни капли жизни, ни единой искры магии.
Ей тут же вспомнился сон, в котором лекарь обернулся сухим деревом. Выходит, кошмар оказался пророческим?
– Мастер! Что они с ним сделали? – подхватила Ирис.
Она дернулась вперед, но тут же споткнулась о камень. Да так, что едва не упала. Бэзил вовремя подхватил ее, не позволяя удариться коленом о пыльную плиту.
Лили бросилась к дереву, вскинула голову и принялась стучать ладонями по плотной, шершавой коре:
– Алтэй, пожалуйста, открой глаза!
Но он даже не шевельнулся, по-прежнему находясь в глубоком забытьи.
– Лили, он не услышит тебя, – остановил ее Винз, – на нем чары сна.
– Так что же, предлагаешь стоять и смотреть на это? Мы должны вытащить его оттуда! – с отчаянием произнесла она.
– Попробуем расколоть ствол? – нахмурился Орис, взглянув на Винза.
Тот кивнул, достал из ножен клинок и передал его принцу:
– Держите, ваше высочество, а я попробую воздействовать магией.
Но стоило им нанести удар, как мощная, невидимая волна откинула всех троих в сторону. Лили проволокло по земле и впечатало в крупный гладкий камень. Винза и Ориса раскидало по разным сторонам поляны и присыпало сверху сухим мусором из веток, пыли и мелких камушков. Бэзил бросился к Лили.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он, обхватив ее голову руками и заставляя посмотреть на себя.
– Кажется да, – простонала та. К счастью, длинная плотная юбка смогла защитить ноги от ссадин, а удар затылком о камень вышел не сильным. – Как остальные?
Бэзил огляделся по сторонам. Винз уже поднимался на ноги, а принца вызволяла из-под завала Ирис.
– Все хорошо, они не пострадали.
Он протянул Лили руку, помогая встать.
– Только взгляните на них! Притащились всей компанией, – послышалось громкое сбоку, – еще и братца моего прихватили!
Бэзил и Лили разом обернулись. Из разрушенного храма навстречу им шагала Нэсса.
– Вы проделали такой долгий путь, – с издевкой изрекла она, – как жаль, что напрасно.
– Нэсса, ты все же замешана в этом! – проговорил Орис, опираясь на локоть Ирис.
– Да, и что с того? – усмехнулась она. – Собираешься отчитать меня?
Сова приблизилась к принцу и с силой толкнула в грудь, так что тот снова повалился на землю.
– Как такое ничтожество может что-то говорить мне?
Ирис постаралась подхватить принца, но сова одним ударом магии отбросила ученицу лекаря в сторону. Винз вскинул руки, намереваясь атаковать, но с ладони Нэссы в мгновение ока сорвалось перо, на лету обернувшееся острым кинжалом. Лезвие застыло в паре сантиметров от горла Алтэя.
– Дернешься, и вашему лекарю конец, – самодовольно сказала Нэсса.
– Чего ты хочешь? – вышла вперед Лили.
Если удастся заговорить сове зубы и выиграть время, Винз непременно найдет способ оглушить гадину.
Нэсса взглянула на Лили почти брезгливо и перевела взгляд на Ориса:
– Ты жалок! Я сделала тебе подарок, уговорила короля одобрить женитьбу, но вместо этого ты решил водить с Лилин дружбу? – Нэсса наступила башмаком на грудь принца, не позволяя тому подняться. – Верно говорят при дворе — ты никчемный и совершенно бесполезный! Разумно было опаивать тебя настойкой для лишения сил, они тебе все равно не нужны.