— По-моему, меньше. Лед точно уже толстый? Везде? Еще не хватало нам тут несчастного случая.
— Да вроде лед уже прочно встал на зиму. Гришка добрался? Чего не позвонил?
Я сказала про балерину и про желание Ольги Петровны получить Валеру в помощники.
— Потом приходи к нам есть. Да я сама, наверное, за горячим приду.
Гриша с Ксенией уже сидели за столом в кухне-столовой, мне тоже была поставлена тарелка и положен прибор, чайник закипал, хлеб был нарезан.
— Я понимаю, что не должна выпендриваться, — улыбнулась мне Ксения, — но можно ли получить овощной салат?
— А нам с тобой тогда больше оливье достанется, — поглядел на меня Гришка. — А то я смотрю, как поделить. Еще надо оставить Валере и Ольге Петровне?
Я вернулась в большой дом, взяла нарезанные помидоры и огурцы, Валера сказал, что обойдется без оливье, а Ольга Петровна его просто не любит.
— Люда, я не мог не привести ее сюда, — сказал мне Гришка.
— Не мог? — многозначительно переспросила я, потому что в присутствии посторонних Гришка «в имидже» всегда говорил «не могло». Ведь Женя Интернэшнл среднего рода.
— Она мне в штаны залезла.
— Ну, не совсем, — пожала плечами Ксения, отправляя в рот помидор. — Я просто проверила наличие… сами знаете чего.
Гришка рассказал, что они оказались в одном автобусе. Они и в поезде из Петербурга ехали в одном, но в разных вагонах, и тогда оба и подумать не могли, что в том же поезде кто-то еще следует в ту же точку. А поскольку только два автобуса в сутки идут в нужном направлении, они не могли в нем не встретиться. И только они двое были с лыжами. Местные жители смотрели на них странно. Явно приезжие из других мест, с рюкзаками, с лыжами… Хотя и Гришка, и Ксения преднамеренно выбрали куртки попроще. Оба были в лыжных непромокаемых штанах и высоких ботинках. В общем, в автобусе они сели вместе — хотя бы для того, чтобы не отвечать на вопросы местных жителей, да и лица друг друга показались им знакомыми. Но они и подумать не могли, что следуют на одну и ту же базу!
Гриша представился Гришей, дама назвалась Ксенией. Они поговорили об Анне Нетребко, вспомнили о Елене Образцовой (Гришка является большим поклонником обеих, и у него дома много записей их выступлений), перемыли кости Валерию Гергиеву, обсудили вторую сцену Мариинки и поняли, что они из одного мира. Ксения представилась, Гришка сказал, что для него большая честь с ней познакомиться, но он к классическому театру отношения не имеет — ни к опере, ни к балету, хотя немного поет.
Потом они сошли на одной остановке — и Гришка увидел в смартфоне Ксении как раз те координаты, которые были и его ориентиром. Оба немного походили вокруг да около, выяснили, что на базе ни он, ни она никогда не бывали, и в конце концов решили, что им будет проще и безопаснее идти через лес вдвоем.
— Я не мог бросить даму, — посмотрел на меня Гришка.
— А парик ты когда надел? — Я кивнула на длинные черные волосы.
— В гараже. Я же не мог сюда прийти Гришей.
Ксения весело рассмеялась. Пластических операций она явно никогда не делала, и в уголках глаз у нее было уже много морщинок, да и не только там.
— Я испытала шок, — призналась она.
— И полезли к нему в штаны?
— Ну, я должна была убедиться… что мужские атрибуты присутствуют.
— Я взял с нее страшную клятву, и она поклялась здоровьем сына.
— Вы не будете писать про него следующую серию мемуаров? — посмотрела я на балерину.
— Не волнуйтесь. И ты не волнуйся. — Ксения тепло накрыла Гришкину руку своей. Гришка порозовел! — Я все понимаю. А вообще придумано здорово. Все гадают, кто ты, и тайну знают всего лишь несколько человек. А если говорить о следующей книге… Возможно, я напишу про этот сбор гламурья.
Я спросила у Ксении, откуда ей известны координаты базы.
— У меня много поклонников… Я слышала про вашу базу от нескольких людей. Один из них дал мне координаты. Простите, но я не стану называть его имя.
— Алейник ее не взял в проект, как и меня. Сказал, старая, представляешь?
— Ксения, неужели вы хотите замуж за Святослава? — поразилась я. — Зачем он вам после тех мужчин, которых вы описали?
— У меня свои счеты с Левицкой, — произнесла балерина совсем другим тоном. — И с Алейником-старшим, как, впрочем, и с младшим. Я хочу им тут немного попакостить. Это такая маленькая женская прихоть. Маленькая женская месть.
— И это оживит проект, — вставил Гришка. — Как и мое появление.