— Правильно сделали, — кивнул следователь.
— Но потом несколько граждан возжелали посмотреть на труп, а также решили, что тело в отапливаемом доме испортится и его следует перенести в ледник. И перенесли.
— А вы где находились в это время?
— Не могу сказать. Я не слежу за гостями. Это в принципе невозможно. В особенности когда собралось такое количество гостей, и таких гостей, которым не сидится на месте и хочется развлекаться. Насколько я понимаю, идея возникла в бане, где я не присутствовала. Я с гостями никогда не моюсь.
— Ну, я решил, что тело надо сохранить, — ткнул себя кулаком в грудь Батя Колян. — Мы же не знали, на сколько дней зависли на этой базе. Если бы еще съемка шла — а так впустую я сюда приперся.
— Ваших фотографий полно в Сети, — успокоил его старший Алейник. — И видео полета. Свету благодарите.
Батя Колян послал Субботиной воздушный поцелуй. Та вместе с генералом как раз подошла к нашей компании. Вероятно, генералу хотелось послушать, о чем говорят.
— Нет, ну сами посудите! — Колян-Аполлон обратился к следователю. — В доме тепло. А там девушки живут. Он бы быстро пахнуть начал.
— А он пах, когда вы его переносили?
— Нет вроде, — задумчиво произнес Батя Колян. — Игорек?
— Нет. Но был жутко тяжелый. Мы его вдвоем с трудом оттащили.
Следственная группа, Игнат Петрович, Батя Колян, Игорь и я отправились к леднику. Папа в эти минуты общался с Валерой, Ольга Петровна вернулась в дом, понимая, что все эти люди вскоре захотят есть. Генерал так и продолжал что-то обсуждать со Светкой Ураган, к леднику они не пошли. Ярослава осталась с мамой. Диана Сергеевна что-то выговаривала дочери. В дом отправился один из мужчин, прибывших с моим отцом. Возможно, к Зизе, чтобы по собственной инициативе объяснить ее права. Или просто познакомиться лично. Гришка присоединился к моему отцу и Валере. Мой отец — один из немногих, кто знает, что мы с Женей Интернэшнл знакомы с детства. Вероятно, Гришка рассказывал свою версию событий. Ксения Павлова вернулась на улицу и кокетничала с адвокатом. Левицкая прогуливалась по территории в одиночестве, но при полном макияже. Когда видела устремленный на нее объектив телекамеры, тут же улыбалась.
Меня догнал Петр Иванович Купцов и спросил, где сейчас находится его дочь. Я пояснила, что в своем номере и где он расположен. Купцов пошел в дом.
Следственная бригада осмотрела ледник. Я сказала, что вернула одеяло в номер.
— Из номера ничего не пропало? — спросил у меня следователь.
— Я не роюсь в вещах гостей. Я даже не знаю, что Святослав привез с собой, — соврала я на голубом глазу. — Знаю только, что планшет у Игоря. Краж у нас здесь не бывало никогда. Не те люди тут отдыхают. Да и не вывезти украденное.
— Это раньше было, — заметил один мужчина из следственной бригады. — Но не в этот раз. У вас были весьма специфические люди.
— Если что-то и украли, то вывезти пока не смогли, — пожала плечами я и посмотрела на Игната Петровича. — Ваш сын, в смысле, старший сын, взял сюда что-то ценное?
— Он звонил со своего телефона из Петрозаводска.
— Так он чего… ожил?! — ошарашенно спросил Батя Колян. — И ушел?
Следователь спросил, прикасалась ли я к телу, щупала ли пульс, пыталась ли каким-то способом удостовериться, что Святослав Алейник мертв.
— Нет. Я… почти не смотрела. Но пилка в груди, проволока на шее и лицо сине-багровое с вытаращенными глазами… Трогать не трогала. Нет. Но я… мы все…
Следователь сказал, что фотографии видел.
— Это могла быть кукла? В смысле, какой-то перформанс?
Батя Колян крякнул, потом сказал, что труп был больно тяжелый, не может кукла столько весить. И холодный, аж жуть.
— Кукла может быть холодной. Все зависит от материала, — заметил эксперт. — И тяжелой тоже может. Подумайте: запах все-таки был? Или вообще никакого?
Я ответила, что вроде нет. В первый день точно нет. Или я не уловила ничего особенного? Следователь посмотрел на Батю Коляна и Игоря, которые прикасались к трупу или не трупу гораздо позднее меня. То есть я вообще не прикасалась, я только находилась рядом. А они были тогда, когда запах должен был появиться, в особенности раз в доме было тепло!
— Вы его завернули в одеяло, так?
Колян-Аполлон и Игорь кивнули.
— Вдвоем заворачивали?
Они опять кивнули.
— Как?
— Перекатывали, — пояснил певец. — Он частично на одеяле лежал. Нижняя часть тела. Ну, я натянул на лицо. Смотреть жутко было. Глаза ему никто не закрывал. Я тоже не стал. Я не через одеяло не смог бы прикоснуться. Я один попытался его завернуть, понял, что никак. Попросил Игорька помочь. А потом мы его сюда принесли и вон тут положили.