— Куда? А договор? — остановил кошку Константин.
— Я не подписывалась на смертный приговор, — проворчала Яга младшая. — Ты ж даже не представляешь, что сейчас будет.
Сейчас наступило мгновенно. Шквальный ветер набросился на гостей леса. Он был такой силы, что деревья гнулись, обильно забрасывая путников шишками и ветками. Собравшуюся сделать лапы кошку, снесло мощным потоком воздуха, как пушинку, закружило и забросило в дальние кусты. В вихре завертелась прошлогодняя листва с еловыми иголками, застилая людям глаза. Мужчин сбивало с ног, срывало кепки. Могучий Жбанов смог выстоять, хоть и с трудом. Самойлова же подхватило и больно впечатало в широкий ствол дуба.
Возле путников появились лесные хозяева. Как только леший увидел Константина, заорал громогласным голосом:
— Кто здесь удумал свистом баловаться? Как погляжу, слова ты русские не понимаешь? Я предупреждал, чтобы не приближался к моему лесу?
— Но я же помочь пришел. Огонь ведь по всему лесу…
— Что? Ты пришел тушить пожар, который сам и устроил?
— Я устроил?
— Поджег лес и не хочешь признаваться, отрыжка городская?! — возмущался леший.
В глазах лесовки стояли слезы, она смотрела сквозь мокрую пелену на Константина и трудно было угадать ее чувства. Ей хотелось верить словам своего возлюбленного, но факты лежали у нее в кармане, она достала серебристый предмет и протянула Самойлову.
— О! Моя зажигалка, а я думал, куда она делась, все карманы пере… Стоп! Я потерял зажигалку в лесу и теперь все думают, что это я пожег лес?
Лесовка молчала. Хозяин тоже, но его взгляд был красноречивее любых слов.
— Василиса, иди домой! — наказал леший.
Она не посмела перечить, развернулась, чтобы уйти.
— Постой! — закричал Константин, понимая, что еще одного шанса может не быть.
Он рванул вперед за лесовкой, но наткнулся на невидимый барьер, гулко стукнувшись лбом. Наличие Хозяина вносило солидную ложку дегтя в небольшую бочку меда. Леший поставил невидимую преграду. На голове Самойлова набухала солидная шишка, с досады он чуть снова не чертыхнулся, но во время осекся.
— Я не делал этого! — оправдывался Константин, не зная, как еще спасти положение, вспомнил про кошку. — Ягодка! Ягодка все время была со мной, она подтвердит, что не я это.
— Подтверждаю! — подала голос кошка.
Самойлов заозирался в поисках источника звука, но увидеть черную кошку темноте леса, сидящую к тебе спиной, человеку пока не под силу, зато он заметил, что Василиса остановилась и даже обернулась в их сторону.
— Подумайте сами, зачем мне сюда возвращаться было?
— Да, зачем? — вклинился Хозяин. — Что-то я в толк не возьму.
— К Василисе вернулся, — сразу замялся Константин. — Узнал про пожар, спасти хотел…
Договорить он не успел, потому как Хозяин зашелся таким гоготом, что все вздрогнули, опасаясь за психическое состояние старца.
— Да не тушись ты, скажи как есть, — толкнул локтем Жбанов.
— Как бы это сказать, — начал Константин и подошел к успевшему успокоиться и нахмуриться лешему. — Все случилось внезапно. Я никогда не думал, что в лесу, вдали от цивилизации смогу встретить ту, которая навсегда поселится в моем сердце, займет все мои мысли, — он перевел взгляд на лесовку. — Ты перевернула весь мой мир с ног на голову и эти перемены мне нравятся. Я не вижу жизни без тебя, Василиса. Выходи за меня замуж!?
Этого от Константина не ожидал никто, возможно, и он сам.
— Сколько лет живу — такого и представить не мог, — обломал момент Федор.
— Что? Действительно так много пожил? — ехидно осведомился, невесть откуда взявшийся Иваныч.
Воевода оценивающе окинул богатырскую фигуру Жбанова, в ответ получил такой же взгляд. Они друг другу понравились сразу, не смотря на то, что Федор немного стушевался от своей последней реплики. Как рассказывала Ягодка, возраст у лесных жителей исчислялся тысячелетиями и Жбанов на их фоне слыл недавно родившимся младенцем, который только учился ползать.
Тем временем предложение Константина зависло в воздухе.
— Поздно. Она уже не свободна, в полночь сего дня она переезжает к будущему супругу, — держал ответ Хозяин. — Василиса, марш домой. Тебе еще вещи собирать.
Василиса хотела было подойти к Константину, но потом будто вспомнила о не выключенном утюге и испарилась в темноте леса. Он ждал, что она повернется или хотя бы махнет на прощанье рукой, но она просто растворилась в лесной темноте.