Лидия, прочувствовав атмосферу этого места, где, казалось, находятся лишь счастливые люди, вот уже минуту не вспоминала о тревожных мыслях. Но лишь минуту, пока телефон Хуго, лежащий на столе, не завибрировал, крича огромными буквами СЕНЬОР с экрана.
– Слушаю. Да. – Парень опустил глаза и внимательно слушал. – Понимаю. – Мужчины рядом снова громко засмеялись. – Мы в баре, в Вилаблареше. – Он положил телефон на стол, не нажимая на экран, так как на том конце уже отключились.
– Злой? – сразу же спросила девушка.
– Я не понял. Приказывает привезти тебя домой.
Девушка подняла уставший взгляд к потолку, осознавая, что нужно вернуться в реальность.
– Хуго, когда меня похитили, Альваро действительно был готов отдать за меня столько денег?
Парень откашлялся, опустил взгляд на свои руки, которыми он елозил кружку по деревянному столу.
– Если сеньор узнает, что я сказал тебе, то ты больше не увидишь меня. Он не должен знать, договорились?
– Если это настолько важно, может и мне не стоит знать?
– Я очень хочу рассказать, потому что это поможет тебе развеять сомнения.
– Ладно, я обещаю тебе, что Альваро не узнает.
– Он отдал.
Девушка не знала, как реагировать, на какое-то время она провалилась в вакуум. Не слышала звуков, воздуха вокруг, словно, вовсе не было, а со всех сторон на неё обрушились тонны пространства.
– То есть как?
– Как только Андреас исчез вместе с тобой, служба безопасности сошлась на похищении с целью выкупа. Альваро в тот же день запросил в банке наличные, чтобы в любой момент можно было взять крупную сумму со счетов.
Она с трудом сдерживала слезы, а точнее они сами держались на глазах, потому как девушка совсем не моргала.
– На третий день назвали сумму, и Альваро сразу же обналичил. Мы ждали указания места, за десять минут до того как курьер привез карту с местом встречи, ты ему позвонила. Все бросились искать место по твоим подсказкам, но времени категорически не хватало. Поэтому, я лично отдал им деньги, ещё до того, как тебя нашли.
Бешеный стук сердца, сотрясающий тело, всё-таки заставил слезинки упасть из её глаз.
–Триста тысяч евро? – шепотом спросила она, прикрыв рот ладонью.
– Да, четыре килограмма денег, мелкими купюрами.
– Он что и правду психически болен? Он при мне ругал директора отеля, за то, что они потеряли деньги нескольких постоянных клиентов за время его отсутствия.
– Это другое, дело ведь не в деньгах, а в порядке.
– Боже, во что я вляпалась?
Они выехали на трассу уже затемно. Лидия вжалась в сидение, борясь с потоком мыслей.
– Хуго, что из наших сегодняшних разговоров будет знать Альваро?
– Только то, что ты говорила своему охраннику, а не другу.
– Спасибо. – Девушка благодарно улыбнулась ему и за обещание молчать и за слово друг. Она сползла на сидении, смотря вперёд.
Они уже выезжали на побережье, и вдали виднелась черная полоса спящего моря.
– Сеньора, просыпайтесь. Мы приехали.
Она открыла глаза, увидев в боковом стекле распахнутую железную ограду.
– Мне приснилось, что ты общался со мной на ты, без всяких сеньор. – Она потянулась и посмотрела на Хуго, парень улыбался ей, но через мгновение его улыбка стёрлась с лица. Лидия проследила за его взглядом и увидела Альваро. Он стоял на пороге дома, с каменным лицом, в черной рубашке, заправленной в брюки в цвет, скрестив руки на груди. Спустя секунду мужчина зашёл внутрь.
– Ну что ж, – девушка отстегнула ремень безопасности, – пойду отчитываться. Спасибо тебе, за всё.
Хуго кивнул головой, и снова улыбнулся. Лидия вышла из машины, и задрожала на остывшем ночном воздухе.
Альваро сидел на краешке своей постели, облокотившись на колени и опустив голову. Лидия остановилась на пороге в его комнату и обхватила свои плечи руками. Она боялась заговорить, боялась, что он зол на неё, но больше всего боялась, что увидит перед собой другого человека, только потому, что он изменился в её глазах. Набрав полную грудь воздуха, она прошла по комнате и опустилась на колени перед ним, чтобы заглянуть в лицо. Мужчина не поднял на неё взгляд, тогда она положила ладони на его колени и спросила
– Злишься?
Альваро шмыгнул носом и провел языком по сухим губам, словно раздумывал перед ответом, но продолжал молчать.