Притянув к себе связанные ноги, она села и повернулась на голоса.
Четверо мужчин расположились за столами и начали что-то обсуждать. Девушка слышала лишь монотонность голосов и обрывки фраз, поэтому не могла уловить сути. Вытерев связанными руками слезы, она снова постаралась успокоиться.
Спустя несколько часов обсуждений, Габриэль и ещё один мужчина вышли из ангара, за этим последовал звук отъезжающей машины. Двое оставшихся людей сидели за столами, что-то обсуждая почти шопотом, время от времени вставали, чтобы размяться или выходили покурить.
Когда на улице начало темнеть, в ангар вернулся мужчина, который уехал вместе с Габриэлем. К тому времени у Лидии затекли ноги и руки, она бесконечно старалась шевелить пальцами, чтобы не терять чувствительность, у неё начала ныть спина. Девушке ужасно хотелось пить и ещё сильнее хотелось в туалет. Но она не решалась сказать мужчинам ни слова. К тому же, те очевидно были заняты. Они разместили на столах кучу бумаг и рассматривали их, бурно размахивая руками. Иногда спорили, и девушка слышала обрывки фраз:
– Мы не сможет там появиться!
– Идиот, он не даст столько! – Мужчины называли друг друга идиотами с частотой несколько раз в минуту.
Когда на улице совсем стемнело, в ангаре загорелась большая лампа, висевшая у входа под самым потолком. Её света едва хватало для рассмотрения бумаг, как и настольной лампы, и мужчины подсвечивали себе фонариками на телефонах. Время от времени они светили на Лидию, слепя её даже таким отдалённым светом.
– Мне нужно в туалет! – крикнула девушка, когда терпеть уже не было сил. Один из мужчин недовольно встал со стула и подошёл к ней. Он развязал её руки и ноги, и девушка, поднимаясь на ноги, растёрла запястья.
– Пойдём. – Держа её за локоть и подсвечивая путь фонариком, лысый молодой мужчина вывел её на улицу. – Давай, прям здесь. – Он остановился в паре метров от входа в ангар.
– Хотя бы выключи фонарик, извращенец! – мужчина, беззвучно посмеялся и повернулся спиной.
Лидия проснулась от скрипа железных ворот. На улице было уже светло, но лампа в ангаре всё ещё горела.
Трое мужчин сидели за столом, завтракая едой из одноразовой белой посуды. Габриэль, заметив её пробуждение, подошёл к девушке.
– Доброе утро, милая! – Он опустился рядом с ней на колени и развязал руки, затем вернулся к столу и принёс маленькую бутылочку воды и сэндвич на пластиковой тарелке. – Тебе нужно поесть.
Девушка хотела протестовать, показать характер, но в горло будто насыпали песка. Она взяла из рук мужчины бутылочку воды и выпила целиком за один раз. Затем вернула ему пустую бутылку, и протянула руки, соединив вместе запястья.
Весь день мужчины по очереди уезжали из ангара и вскоре снова возвращались. Габриэль трижды подходил к Лидии, предлагая еду и воду. Девушка устало мотала головой из стороны в сторону, глядя ему прямо в глаза.
Под вечер, когда трое, включая Габриеля, покинули ангар, она снова попросилась в туалет. Девушка надеялась сбежать от одного охранника, но как только встала на ноги, поняла, что ничего не выйдет. Ноги онемели, во всём теле раздался хруст, голова закружилась и в глазах резко потемнело.
Когда солнце снова зашло, и загорелась лампа, Габриэль приехал в ангар, отправив остальных мужчин. Сначала он долго сидел за столом, лицом к Лидии, рассматривал бумаги, что-то помечал в них карандашом. Иногда он отвечал на телефонные звонки, говоря короткие фразы на каталонском. Посреди ночи он встал из-за стола, потянувшись и размяв спину, затем направился к Лидии. Девушка начала нервничать, её сердце стало настукивать быстрый ритм, заставляя глубже дышать. Габриэль подошёл к ней, смотря в пол, и опустился рядом, слишком близко, расправив ноги и оперевшись спиной на стену.
– Ты ела сегодня?
Девушка отрицательно махнула головой.
– Хочешь, я привезу тебе что-нибудь?
Она повторила движение. Мужчина потянулся к её рукам, и девушка одернула их так резко, что в висках застучало.
– Тшшш, хочу развязать. – Девушка повернулась к нему. Мужчина убедительно кивнул, и она позволила ему развязать запястья. – Знаешь, Андреас проел мне мозги, утверждая, что ты строптивая, что будешь пытаться сбежать несколько раз на дню.
Лидия ничего не ответила, но решилась рассмотреть его лицо. Мужчина прожил ещё не больше тридцати пяти, его тёмные, коротко стриженые волосы совсем не тронула седина. На смуглом лице с широким лбом поселилось доброжелательное выражение. Брови чуть округлились, открывая взгляд светло-карих глаз. Пухлые губы изгибались в лёгкую улыбку. Мужчина был красив, девушка посчитала бы его лицо довольно приятным, если бы они столкнулись однажды на улице. Но здесь, весь его вид вызывал отвращение.