Эрихард дернулся к автопилоту, видимо, так и не дождавшись от меня нужной реакции. Я успела перехватить его в последний момент. Поймала за воротник рубашки, притянула ближе и прижалась к губам.
С каждым разом у меня получается все лучше…
По спине скользнули сильные руки, запутались в волосах.
Слоттерс сел. Слух резанули многочисленные сигналы.
Льды, почему мы не одни во всей Тенерре?
Вынужденно оторвавшись друг от друга, мы выбрались наружу, чтобы потонуть в криках, вспышках камер и уверенных голосах нескольких десятков репортеров, вещающих что-то за ограждением. Нас обступила охрана. К Эрихарду выстроилась целая очередь нуждающихся в указаниях. А у меня виски ломить начало.
Дурдом.
Надо как-то свыкнуться, что я теперь в нем кто-то вроде хозяйки.
Перестук каблучков Наари приятной мелодией выделялся среди остальных звуков. Это опять сыграла шутку моя эмпатия. Надо заметить, за время, что мы не виделись, двойняшка Эрихарда изменилась. Расправила плечи, смотрела увереннее, выше задрала подбородок и носила модное платье холодного лилового цвета. Но ощущения принесла с собой те же.
— Лланка… — Меня крепко обняли и минуту не отпускали. — Какая ты загорелая. Непривычно.
Правда? А мне до сих пор казалось, что на моей светлой коже совсем ничего не видно.
— Как понимаю, мне здесь рады меньше? — влез Эрихард, и впервые в разговоре с сестрой его голос звучал совсем не серьезно.
Отпустив меня, Наари заключила в объятия и его.
Ненадолго.
Для этого ей пришлось побороть некоторое внутреннее неприятие и страх, я почувствовала. Но не выдам даже Эрихарду. Слишком мне нравится уверенность, которую выражает ее лицо. Тем временем Наари изобразила, что целует брата в щеку, а сама прошептала:
— Видишь, братик, я не украла твои игрушки.
Все-таки они потрясающие.
Пока отдельно друг от друга, но мне нравится, что я попала именно в эту семью.
— А где остальные? — Эрихард сдерживался, и я ничего точно не улавливала, но по тому, как он отстранился при первой же возможности, я поняла, что перемены в семейных отношениях и ему даются непросто.
— Внутри, — дернула плечом Наари и язвительно добавила: — Я не знала, что ты уже настолько кронс, что тебе надо организовать пафосную встречу.
— Не надо.
— Точно?
— Угу.
— А, по-моему, ты слегка разочарован…
Кажется, он сейчас захочет кого-то убить. А ведь так хорошо начиналось…
За основным зданием дворца что-то грохнуло. Потом кто-то выругался. И послышался топот… Такой, что показалось, земля дрожит, а с одной башенки сверзлась снежная шапка.
— Ур-р, — издал несущийся ко мне со всех лап уррг.
Вскинувшийся в женихе инстинкт защитника подавила, мягко сжав его ладонь. Помнишь? Это же наш уррг? Он не опасен. Не уверена, что дело в моих действиях, но Эрихард слышно выдохнул. Вот и чудно. Я вышла на два шага вперед, присела на корточки и встречала несущуюся на нас меховую махину раскрытыми объятиями.
Такое впечатление, что Эрихард там опять перестал дышать… и продолжил, только когда зверь притормозил недалеко от меня, оставив в снегу внушительную траншею, и робко подошел гладиться. С широченной улыбкой я принялась чесать за ухом подсунутую мне голову.
— Мне кажется или ты подрос? — Даже чувствовать себя намного лучше стала. — А какой мех… Ты ж мой красавец.
Вспышки ослепили.
Блин.
Неловкость омыла, заставила руку дрогнуть… и так же быстро прошла. Да ну их всех. Я здесь живу. Глажу своего уррга. И никого в гости не приглашала, тем более с фотоаппаратом. Если же кому-то нравится подглядывать за чужой личной жизнью сквозь щель в заборе, это его проблемы.
— Говорят, умение ладить с животными показывает хорошего человека, — прокомментировала происходящее Наари.
— Лично я бы предпочел, чтобы моя невеста ладила с котятами или серебряными попугайчиками, — буркнул кронс.
Спина все еще ощущала его тяжелый взгляд.
Эрихард так и не смог расслабиться до конца.
— Все потому, что ты сам не способен ни с кем поладить. — Сестра будто нарочно старалась его задеть.
— Ты меня не знаешь, — холодно бросил Эрихард и шагнул вперед.
Уррг под моими руками напрягся.
Окинув нас с животным собственническим взглядом, Эрихард опустил руку на мохнатую холку. Уррг сжался в комок. Но это не сказало кронсу ровным счетом ничего. Не чувствуя, что что-то не так, он мягко погладил зверя. Уррг жалобно заскулил. Меня резануло нитями его страха. Даже не страха, панического ужаса. Тонкими. Острыми. Невидимыми.
— Прекрати, — прошептала одними губами.