Почему парень не выходит?
Четверть часа я, ощущая себя глупее не придумаешь, подпирала стену и гипнотизировала взглядом дверь. Из зала так никто и не вышел. И звуков изнутри не доносилось. Как и эмоций. Куда он делся? И кто — "он"? Диша точно была там не одно.
Ноги коснулось что-то…
— А-а…
Зажала себе рот ладонями.
Блин.
Фели.
Хранительница мазнула по моим плюшевым штанам хвостом, оставив на них белую шерстинку, прошла немного вперед, уселась прямо перед интересующей меня дверью и с интересом уставилась на нее.
— Ты права, это все-таки и мой дом. — Разумеется, я понятия не имела, что думает по этому поводу Фели, просто пыталась себя подбодрить. — И семья тоже почти моя. Так что…
Толкнула дверь.
И еще раз громко помянула чьих-то родственников.
Внутри никого не было.
Пусто.
Вообще.
— Мя-я, — проворчала кошка и попыталась еще больше обшерстить мои штаны, но я уже вошла в зал.
Прошлась, осмотрела там все. Бред. Я еще с прошлого посещения отлично помнила, что никаких других выходов там нет. Окон тоже нет. Ну и как это понимать? Не поленилась даже написать Иридоль и спросить про "запасной выход", на что получила отрицательный ответ с явным оттенком недоумения.
В ледяном дворце завелась первая странность.
Эмпатия тоже ничего дельного пока не подсказывала.
Зато искомые тапки дожидались ровно там, где я их забыла.
С Фели и тапками я поднялась к себе — и вот там уже ждал недовольный кронс.
— Ллана, — в его голосе рокотал… да, тот самый алый буран.
Когда я только успела набраться местных выражений?
— Стой, — Упреждающе выставила руку. — Я наперед знаю все, что ты скажешь.
— И? — Стальной взгляд сделался испытующим и каким-то обволакивающим, что ли.
— Хочу внести в брачный контракт отсутствие дурацких тренировок.
Шлепнула тапки на пол.
Сунула в них ноги.
Так-то.
— Сам с тобой позанимаюсь, — попытался найти компромисс Эрихард и так и не отвел от меня взгляд.
— Ты правда думаешь, что у тебя есть на это время?
— Я найду.
Спор мог затянуться. В моей голове было достаточно аргументов и что-то там про брачный контракт, но Эрихард как-то внезапно оказался так близко… И отступать совсем не хотелось. Я соскучилась. Страшно соскучилась. И потому сама привстала на цыпочки и подалась вперед, когда он потянулся ко мне.
Охнула, когда он медленно обвел контур моих губ.
Утонула в пьянящем поцелуе.
— Видишь, как хорошо у нас получается взаимодействовать? — вклинился в затуманенный разум шепот.
Дернулась, чтобы отстраниться… и обнаружила, что он подхватил меня на руки.
Впрочем, вынужден был с разочарованным вздохом поставить на пол.
— Собирайся, Ллана. Минимум вещей. Теплых.
— А?
— Завтра открытие горнолыжного курорта. Мы проведем эту ночь там.
Неожиданно для себя я с энтузиазмом ухватилась за идею сменить обстановку. Это было тем более приятно, что для официального мероприятия завтра в обязательном порядке требовались теплый пуховик, варежки, шапка и шарф, а на сегодняшний вечер — любая удобная одежда. И никаких парадных платьев. Нет, я в целом не возражаю против платьев, но простые и уютные моменты люблю больше. Когда же Эрихард оставил все свои короны во дворце, я почувствовала себя совершенно счастливой. Даже покружила в объятиях Фели, отчего-то решившую, что раскрытый чемодан — это ее новое гнездо.
Чмокнула офигевшую кошку в нос.
Сбегала за камерой.
И издала полный негодования возглас — в чемодан пытался уместиться уррг.
— Снежность, мне кажется, ты берешь слишком много вещей, — веселился Эрихард, глядя на это безобразие.
— Наоборот, — пропыхтела, вытряхивая меховую наглость из чемодана и пытаясь не растаять от обиженного сопения. — Пытаюсь оставить их дома.
Живность смирилась с судьбой, только получив свежее мясо из кухни.
Фух, можно лететь.
По дороге Эрихард раздавал всевозможные указания на завтра, чтобы остаток вечера и весь следующий день его не дергали. Потому что даже у кронсов бывают выходные, пусть и совмещенные с официальным делом. Я же… сначала наслаждалась. Простотой нашей жизни, несмотря на всю роскошь. Тем, что я собирала вещи сама, сама же разбиралась со своим урргом, даже чемодан за собой катила сама, как нормальный человек. И охраны видно не было. То есть, я понимала, что она есть, но иллюзия свободы меня вполне устраивала.
В отдельном слоттерсе летели Наари и Диша.
Эйл обещал прибыть к ужину, хотя лично я бы без него не стала скучать.