Потянувшись рукой к прутьям, Клэр осторожно провела пальцем по одному из жёстких листиков, который тут же развернулся и, вырастая в ширину, закрыл собой сине-фиолетовый свет сумерек. Возможно, существовал какой-то способ, который позволил бы ей сорвать листья или как-то их перехитрить. Девочка достала карандаш из-за уха. Если она тихонько заденет прутья им вместо ладони, среагируют ли ползучие растения?
Сена зашевелилась в углу:
– Даже не думай об этом.
Клэр вздрогнула:
– Не думать о чём? – спросила она, засовывая карандаш в карман кофты.
Ковательница закатила свои золотистые глаза.
– О побеге. Мы здесь застряли, и, если следующей ночью мы всё ещё будем в этой клетке, это будет большой удачей, поскольку иначе нас закуют в цепи за пределами Зелёного леса, где нас найдут призраки.
– Но я не сделала ничего плохого, – заметила Клэр, по голосу девочки было слышно, как в её горле нарастает ком. – Это несправедливо.
– Не говори мне о справедливости, – резко ответила ей Сена. Ковательница вновь повернулась к Клэр спиной и не проронила ни слова за весь оставшийся вечер – она молчала, когда стражник просунул им в клетку залежалые крекеры, и даже когда какая-то ребятня из деревни пришла, чтобы поглумиться над ними.
Растекаясь, тени растворились в ночи, а Клэр лежала на спине и смотрела на серебристую луну, которую она могла видеть сквозь прутья. Всхлипывания Сены давно перешли в лёгкое посапывание, но мысли Клэр не давали ей уснуть так быстро. В клетке, которую она делила с ещё одной узницей, девочка чувствовала себя такой же одинокой, как голые участки неба между звёзд. А её сестра была неизвестно где-то там, и она не знала, как её найти.
Глава 8
Перешёптывания, тёмные и туманные, просочились в грёзы Клэр и вырвали её из сна. Она села прямо, тяжело дыша. Ночь окутывала девочку, а металлические ползучие растения и листья по-прежнему образовывали над её головой свод. Сена посапывала неподвижной грудой в углу.
Но перешёптывания ей не пригрезились. Они были реальны.
У Клэр свело от страха желудок. Неужели стража пришла, чтобы скормить её призракам?
– Осторожно… – произнёс мальчишеский голос.
Как вдруг жемчужный свет залил клетку, озаряя круглое лицо Нэта за прутьями, а вместе с ним белую бороду Фрэнсиса. Клэр испустила огромный вздох облегчения, и в ту же секунду подскочила ковательница, у которой сна не было ни в одном глазу.
– Вы пришли! – прошептала Сена.
– Разумеется, пришли! – негодующе ответил Нэт. – Говорил же тебе… Я сказал, клетка была одновременно взращена земледелием и изготовлена кованием, – ты разве не поняла мой намёк?
– Что происходит? – Клэр задала вопрос прежде, чем Сена смогла ответить юному земледельцу. Нэт и Фрэнсис осторожно наносили с помощью кисточки красноватую мастику на листья клетки.
– Тсс, – произнёс мужчина и вытер лоб. – Нам следует вести себя тихо.
– Привет, Клэр, – прошептал Нэт между ползучих растений. Он передал кисточку Сене, и ковательница принялась помогать. – Мы здесь, чтобы вытащить вас! Хотя основной материал клетки – металл, дедуля думает, что мы сможем ослабить прутья…
– Нэтл, «тихо» касается и тебя, – прервал его Фрэнсис. – Караульные могут вернуться в любую секунду. Посвети мне, пожалуйста. – Нэт поспешил поднять комок мха, сиявшего, словно маленькое солнце. – Рад знакомству, Клэр, – очень тихо произнёс пожилой мужчина, осторожно смазывая листья красной вязкой массой точно такого же цвета, как ржавчина вокруг некоторых печных труб Виндемира.
– Я тоже рада, – прошептала девочка в ответ. Ей нравились морщинки вокруг глаз Фрэнсиса. Она подумала, что они, вероятно, означали, что мужчина очень много смеётся, хотя его лицо в данный момент было напряжённо и сосредоточенно.
Он приглушённо кашлянул.
– Отлично. Нэт, Сена. Всё готово, – с этими словами Фрэнсис махнул кисточкой в последний раз и отошёл в сторону. Клэр не поняла, что должно было произойти, но затем металлические листья принялись одновременно бренчать, словно китайские колокольчики. Глядя на листики, Клэр увидела, как один из них стал уменьшаться в размере, закручивая свои края и отворачиваясь от остальных. Она ахнула. Клетка начала… увядать. Ползучие растения ослабли и повисли, словно варёная лапша, когда рыжина принялась покрывать пятнами чёрное железо. «Снова чудеса», – трепет пробежал по телу Клэр. Она зачарованно наблюдала за тем, как Сена положила ладони между двумя прутьями и с лёгкостью их раздвинула, после чего проскользнула в образовавшийся промежуток. – Идём, Клэр, – позвал её Фрэнсис откуда-то из темноты. – Действие заклинания продлится недолго.