– Тебе нужна помощь?
– Нет, – вздохнув, мальчик закрыл глаза. – У меня есть это. – Он бросил в трясину зёрнышко, на секунду оно задержалось на поверхности, после чего погрузилось в жижу.
Выжидающе оглядываясь по сторонам, Клэр гадала, начнёт ли ползучее растение неподалёку внезапно расти. Вместо этого забурлила трясина.
Девочка заморгала:
– Ты становишься выше? – спросила она. Жижа, прежде доходившая Нэту до груди, теперь была ему по пояс. И пока она наблюдала за происходящим, уровень опустился до его бёдер.
– Не-а, – ответил Нэт, надавливая руками на заросшую поверхность болота. Его ладони, вместо того чтобы погрузиться под жижу, остались наверху. – Я просто внушил корням и растениям подо мной, что они испытывают жажду. Они впитывают в себя всю воду, делая дно достаточно твёрдым, чтобы на нём можно было стоять. Всё вернётся в прежнее состояние через час или около того. – С громким бульком он вылез на твёрдую почву.
Сена поморщила нос:
– Ты пахнешь, как тухлое яйцо.
Нэт брызнул грязью в сторону Сены, и она отскочила, разразившись очередным приступом хохота. Не обращая внимания на прыски и хихиканье, мальчик принялся стучать по грязи, затвердевающей на его одежде корочкой. Она треснула большими кусками, как если бы грязь сохла на нём на протяжении нескольких дней, а не минут.
– Нэт получил отталкиватель грязи на прошлые именины, – объяснила Сена, пока мальчик убирал грязь со своих ботинок. – Если ты нанесёшь это средство на свою одежду, грязь будет сразу с неё отпадать. Весьма полезная штука для земледельца.
Внезапно Нэт испустил пронзительный крик и рухнул на землю. Его тело судорожно вздрагивало и билось в конвульсиях, и, к своему ужасу, Клэр увидела, как по его коже подобно колонии красных муравьёв поползла сыпь. Он закричал.
– Держи его! – велела ковательница, вываливая содержимое из дорожного рюкзака мальчика, в котором всё было аккуратно разложено по отделам. Листья и свёртки, веточки и кусочки коры упали на мягкую землю.
Клэр подбежала к Нэту, пытаясь не дать ему перевернуться обратно в грязь, пока он извивался в самой настоящей агонии. Но что случилось?
Оттолкнув Клэр локтем в сторону, Сена всадила острую иглу в руку земледельца.
– Проследи, чтобы он лежал спокойно, – сказала она хмуро. – Я ввела ему лунный сироп. Он помогает практически от всего, включая бритвогрязь.
– Бритвогрязь?
– Она выглядит, как обычная грязь, но на самом деле она смертельно ядовитая. Если он будет чист до конца дня, то с ним всё будет в порядке, но если приступ повторится до этого…
Нэт вдруг вздрогнул, а затем замер. Напряжение мышц вокруг его рта ослабло, и он испустил длинный вздох. Клэр показалось, что она видела, как его глаза на секунду открылись, но затем его ресницы затрепетали и опустились вновь.
– Как думаешь, сработало? – спросила Клэр.
Сена яростно тёрла глаза.
– Что?
– Это сработало?
В последний раз проведя ладонью по своим обрамлённым рыжими ресницами глазам, Сена наклонилась и припала ухом к груди Нэта.
Клэр досчитала до одного, затем до двух. Она закрыла глаза, как если бы тонкие веки могли защитить её от суровой реальности.
– Роняешь надо мной слёзы, как плакучая ива, а, ковательница?
Глаза Клэр распахнулись.
Кожа Нэта вновь обрела свой тёплый оттенок, а его волосы, хотя они и находились сейчас не в самом пушистом своём состоянии, были уже не такими примятыми.
– Ты жив! – воскликнула Клэр, она была так счастлива, что немедленно бросилась к Нэту и Сене, заключая их в крепкие объятия.
– Да, а ещё мне больно. – Он ткнул в девочку указательным пальцем. – Ты меня сейчас задушишь!
– Отцепись! – промямлила Сена.
Клэр отпрянула. Ковательница села и тут же ущипнула мальчика за плечо:
– Это тебе за то, что напугал меня.
– Ой. – Нэт поднялся и поморщился от резкого движения: – Бывало и получше, но нет ничего, что нельзя было бы поправить кусочком ивовой коры.
– Не жалуйся, – сказала Сена, передавая ему его любимое лакомство. – Люди не всегда выживают после бритвогрязи.
Только после того как Нэт сел, съел несколько зерновых кексов и пошутил над Сеной ещё два раза, Клэр наконец почувствовала себя достаточно расслабленной, чтобы подумать о том, что будет дальше.
– Где мы? – спросила она. – Как далеко мы от Окаменелого леса?
«Как далеко от Софи?»
Сена достала из рюкзака измятую карту и разгладила её в том месте, где была изображена скала.
– Это Огнеград, у основания Багряной горы, – сказала ковательница. Она провела пальцем к востоку от возвышенности и остановилась на маленькой надписи: «Окаменелый лес». Затем её палец переместился на север. – Думаю, мы где-то здесь, в Туманной низине.