Дыхание девочки стало неровным, а она всё неслась вниз по каменной тропинке. Пот заливал ей глаза. Воздух был горячим, спокойным и тихим, не считая шелеста листвы.
Она резко остановилась.
Ветра не было. Тогда как листва могла шелестеть? И разве каменная листва в принципе может двигаться? Казалось, это невозможно, и всё же Клэр определённо что-то слышала.
Навострив уши, девочка прислушалась.
Теперь шелест скорее походил на шёпот. Голоса. Она дико оглянулась по сторонам, но вокруг никого не было. Волосы у неё на затылке встали дыбом. Крепко сжимая Огненную кровь, Клэр развернулась и нырнула в самую чащу леса. Её ноги стучали по земле, пока она металась от дерева к дереву, всё существо девочки кричало ей, чтобы она убралась как можно дальше от того, кто бы ни находился в лесу, помимо неё.
Тут Клэр услышала позади себя шаги – кто-то шёл за ней следом!
Её дыхание превратилось в судорожное хватание воздуха, когда она усилием воли заставила себя ускориться. Но вскоре стук её сердца заглушило кое-что ещё: стук копыт.
Ей ни за что не убежать от лошади!
Со всевозрастающим ужасом она осознала, что стук копыт не только доносился из-за её спины, но также бежал к ней навстречу.
Досмотрщики Огнеграда пришли за ней?
Несмотря на то что Клэр было жарко, кровь застыла у неё в жилах. Она свернула налево, но стук копыт, вместо того чтобы стать спокойнее, лишь усилился, словно по лесу мчался табун в сто лошадей.
А поверх глухого топота копыт слышались испуганное ржание лошадей, пронзительный вой собак и человеческие голоса:
– Не дайте им уйти!
– Берегитесь их рогов…
– Протруби в охотничий горн!
Убрав Огненную кровь под мышку, Клэр закрыла уши руками. Она пыталась убежать от происходящего ужаса, что бы он из себя ни представлял.
– Именем королевы…
– Они на равнинах!
– За королеву-самоцветчицу!
Крики тянули Клэр к себе, желая задушить её в ужасе. Ослеплённая паникой, она не заметила, как очутилась у ручья. Споткнувшись, девочка упала в воду…
…и погрузилась в благословенную тишину.
Клэр поднялась и встала в воде, доходившей ей до щиколоток. Опираясь руками на колени, она судорожно хватала воздух ртом. Крики, топот копыт, страх – всё ушло. Единственным звуком, который она сейчас слышала, был шум стекавшей по камням воды.
Глядя в сторону скалистого берега, Клэр ожидала в любую секунду увидеть, как из-за деревьев выскочит армия мужчин с гончими. Она думала, что вот-вот увидит, как между ветвей промелькнёт конская грива.
Но ничего не было.
Клэр обхватила себя руками, пытаясь собраться.
Она оглядела окружавший её лес карминного цвета и, выставив Огненную кровь вперёд, осторожно вышла из ручья на берег.
Как только она отошла от воды на несколько шагов, шёпот возобновился.
Ещё несколько шагов – и шёпот вновь перешёл в отчётливые звуки криков и топота копыт.
Клэр сиганула обратно в ручей.
И вновь погрузилась в благодатную тишину.
Потрясённая и сбитая с толку, она присела на камень, выступавший по центру ручья. Ботинки девочки потяжелели от воды, но её это не волновало. Сейчас она была уверена в одном: топот копыт и голоса были не вполне реальны.
Во всяком случае, реальны не в том же смысле, что она.
Здесь не обошлось без действия чудес, ей просто нужно было время, чтобы это сообразить.
Плеская прохладной водой себе в лицо, Клэр пыталась вспомнить, что Нэт говорил о чудесах Ардена. Магия присутствовала в исходных материалах: она была заключена не внутри них, а во всех возможных вариантах того, чем они могут в конечном итоге стать, будь то зёрнышко или нитка, или кусок металла, или… или камешек.
Интересная мысль загорелась у Клэр в голове, и она просияла.
В каком-то смысле камни в её мире тоже могли говорить – через эхо. Клэр смутно припомнила, как учитель по естествознанию однажды упомянул что-то о звуковых волнах, отражающихся от поверхностей. Она точно не знала, как это работает, но разве не мог тот же принцип быть применим и здесь?
Что, если в тот самый момент, когда лес превратили в камень, звуки из прошлого каким-то образом застряли тут, без конца отражаясь и отскакивая от деревьев без возможности когда-нибудь стихнуть?
И если так, не было ничего удивительного в том, что земледельцы и все прочие гильдии избегали этого места. Его населяли призраки ужасных преступлений прошлого.
Топот копыт исходил вовсе не от лошадей, а от единорогов. От этой мысли у девочки скрутило живот.
Клэр слышала звуки охоты на единорога.
Только это могло объяснить невыносимое рычание собак.