– Ну ладно, Клэр, ладно, – пробормотала она самой себе. – Соберись. – Девочке не хотелось покидать даривший ей чувство безопасности ручей, где шум воды мог хотя бы частично заглушить эхо, но она была нужна Софи. – Это просто звук, – сказала себе Клэр твёрдо. – Это как гром, он не может причинить тебе вред.
Но как только она перешла ручей вброд и удалилась от его спасительного журчания, скорбные звуки охоты вновь ударили её по ушам. У девочки задрожали колени. Она продвинулась вперёд, и голоса послышались вновь, в этот раз они были отчётливее:
– Мы загнали их на равнины, ваше величество.
– Тогда делайте то, что должны, – прохладный женский голос проплыл между каменных ветвей лёгким дуновением.
Глядя себе под ноги, Клэр пыталась абстрагироваться от обрывочных звуков.
– Эстелл, не делай этого! – убеждал голос мальчика.
Она встала как вкопанная, страх был тут же забыт. Эстелл! Её сердце гулко забилось. Она знала, что случаются совпадения, но королева продолжала встречаться ей на пути: на лодке прядильщиков, в библиотеке Огнеграда, в пещере виверны, а теперь здесь. Почти как если бы королева Эстелл вела Клэр. Оберегала её.
Навострив уши, она прислушалась, надеясь, что пойманный эхом голос принадлежал королеве.
– Положи топор на землю, – приказал всё тот же женский голос.
– Я не стану, – ответил мальчик. – Ты не можешь этого сделать!
– Я должна, Мартин. Другого выхода нет. Ты многое пропустил, сбежав из моей армии.
Сердце Клэр забилось быстрее, когда она сделала шаг в ту сторону, откуда доносился разговор. Она решила, что слышала разговор Эстелл с её младшим братом, принцем Мартином. Должно быть, он состоялся прямо перед его гибелью – незадолго до того, как королева совершила свой великий подвиг.
– Нет, не должна, – возразил принц Мартин. – Есть и другие способы. Аллория Бесцепная говорит…
– Аллория Бесцепная ничего не понимает.
Последовала пауза, и Клэр подумала, что не узнает, чем закончился разговор. Но затем голос принца Мартина зазвучал вновь:
– Тогда я тебя остановлю, – сказал принц. – Клянусь. Я не могу позволить тебе убить последнего единорога Ардена.
Смятение обрушилось на Клэр, затягивая её в бурлящее замешательство. Девочка старалась не дышать, чтобы расслышать всё как следует, ведь было очевидно, что с её ушами не всё в порядке. Разве Нэт не рассказывал, что Мартин умер ближе к концу Войны гильдий и что это его смерть привела к тому, что королева Эстелл отправилась в путешествие с целью спасти последнего единорога от охотников?
– Последний единорог мой, – прошипело эхо королевы Эстелл. – Его сердце – моё. Не вмешивайся, брат-мятежник, или мне придётся убить и тебя.
– Нет! – крик вырвался из груди Клэр и улетел к бесплодным деревьям. Фантомные звуки рога и голосов послышались вновь, перекрывая продолжение разговора. Девочка бешено крутилась во все стороны, пытаясь поймать обрывок прохладного голоса королевы Эстелл вновь. Но всё, что ей удавалось услышать, – охоту.
Крепко сжимая Огненную кровь в руке, Клэр продолжила идти по тропинке. Клео, Роялисты, поэты… весь Арден заблуждался. Охотник, упомянутый в поэме, вовсе не был безымянным человеком – он был принцем Мартином, и не он был тем, кто хотел убить единорога… А Эстелл не спасала чудесное существо, превратив его в камень.
Последняя королева собственноручно убила последнего единорога.
Звуки охоты выросли до крещендо. Клэр пустилась бежать. Несмолкаемое, отражаемое эхом ржание единорогов звенело в ушах девочки, и она представила, как чудесные создания скачут к Равнинам печали, где, как ей было известно, они встретят свою смерть. Должно быть, уничтожение единорогов охотниками также было организовано королевой.
Клэр изо всех сил пыталась убежать от шквала эхо, под который она попала, но куда бы ни поворачивала девочка, она не могла избавиться от звуков. На секунду она задумалась, возможно ли, что крики доносились вовсе не из прошлого, а вырывались из её горла.
Она рухнула на землю, закрывая голову руками, Огненная кровь зазвенела, ударившись о каменную землю. Ей нужно было найти способ избавиться от эха. Ей нужно было его заглушить.
– Жили-были, – зашептала Клэр, её голос был таким слабым, что она едва могла его слышать среди грохота единорожьих копыт, – три поросёнка…
Послышалось резкое ржание.
– Поймал! Дай мне нож…
Клэр встала на колени и повысила голос:
– И вот однажды мама отправила их в большой мир, чтобы они нашли там своё счастье…
Несмотря на то, что она по-прежнему могла слышать голоса, невыносимые крики теперь звучали приглушённо, как если бы охота отдалялась от неё. Клэр поспешила продолжить рассказ. К тому моменту, когда она добралась до первого «я так дуну, что весь твой дом разлетится», в Окаменелом лесу воцарилась тишина, не считая звука её собственного голоса.