Она петляла между монолитами, проверяя, не было ли чего-нибудь позади них. Затем она осмотрела их во второй раз. И, наконец, в третий.
Хотя Клэр и знала теперь, что легенда о единороге и королеве была лишь мифом, она могла понять, почему Роялисты верили в то, что эти куски горной породы, вероятно, представляли собой нечто большее. Чёрные, как крылышки жука, они с вызывающим видом стояли на равнинах: два надгробия, указывающие на место Истребления единорогов.
Вот только Софи там не было.
«Да ладно, – поддела она саму себя, – неужели ты думала, что Софи будет просто стоять здесь и ждать тебя?»
Но глубоко-глубоко в душе девочка действительно так думала.
Потому что вплоть до того момента, когда Клэр открылась истинная сущность королевы, ей приходила в голову мысль о том, что, возможно, чудеса Ардена распространятся и на неё. Что они каким-нибудь образом помогут ей воссоединиться с сестрой. Потому что именно так должны заканчиваться все истории о магии и волшебные сказки.
Клэр распирало от ярости. Как она могла быть такой наивной? Как она могла думать, что Софи просто окажется здесь? Что Ковало Бесцепный до сих пор не похитил её сестру?
Она сбросила свой рюкзак на землю, и из него высыпалось содержимое. Поборов порыв распинать маленькие баночки с травами по равнинам, девочка вместо этого развернулась на сто восемьдесят градусов и ударила по одному из монолитов.
– Почему ты не настоящий? – закричала она. – Почему ты не можешь быть единорогом и найти Софи?
У Клэр заныла рука, и от боли её ярость только усилилась.
– Куда ты отправилась? – закричала девочка вновь. – Почему ты ушла?
Но ответа, разумеется, не последовало. Она была одна. Она проделала весь этот путь, чтобы найти Софи, и потерпела неудачу. Она каким-то образом ошиблась. Каким-то образом всё неправильно поняла – неправильно поняла Софи.
Возможно, причиной тому было прежде всего то, что Клэр никогда по-настоящему не знала свою сестру.
Тяжесть этой мысли сдавила грудь девочки, и вскоре из неё вырвалось всхлипывание. К глазам подступили слёзы, и она не стала их сдерживать.
В конце концов, здесь не было никого, кто бы сказал, что она ведёт себя как маленькая.
Клэр плакала из-за своего одиночества.
Она плакала из-за Нэта, который угодил в ядовитое болото, пытаясь ей помочь. И из-за Сены, которая не только дала ей Огненную кровь, но и отняла время у собственных поисков матери, чтобы вместо этого помочь ей найти Софи. Она плакала из-за доброты старого Фрэнсиса, который заступился за неё в Зале слушаний и просто хотел, чтобы все были в безопасности.
Но горше всего она плакала из-за Софи, сестры, которую она чуть не потеряла однажды и которую теперь, как боялась Клэр, она потеряла навеки.
Она плакала до тех пор, пока не устала так сильно, что уже больше не могла плакать, до тех пор, пока тёмные гребни облаков не вырисовались на горизонте, приведя за собой вечер, словно прилив.
Наконец ей стало не из чего выжимать слёзы. Девочка чувствовала себя совершенно беззащитной, разочарование пробежало по её телу дрожью, выдворяя ярость и оставляя лишь измождение.
Вытерев глаза рукавом туники, Клэр оглядела устроенный ею беспорядок. Она осторожно наклонилась, чтобы сложить вещи обратно в рюкзак. Подняв с земли согревающую монетку Сены, девочка спрятала её в ладони, пытаясь по крупицам восстановить то ощущение спокойствия, которое ей некогда дарил её карандаш. Это было совсем не то, но она крепко сжала монетку, надеясь, что Сена и Нэт добрались до Сырого леса.
Подумывая над тем, следует ли ей сделать следующую остановку в деревне, чтобы попытаться с ними пересечься, Клэр решила обратиться к карте. Она нащупала клочок пергамента, но он оказался не картой, а рисунком мамы-единорога и жеребёнка – тем самым, который она сделала в Полях химер.
Когда она смотрела на него в последний раз, жеребёнок с рисунка глядел ей прямо в глаза, но теперь его голова была повёрнута влево, рог указывал куда-то вдаль, выражение его мордочки было мрачным, а уши прижаты к голове, словно он пытался её о чём-то предупредить. Последовав его примеру, Клэр повернула голову влево.
По контуру равнин пробежало какое-то движение.
На секунду у Клэр замерло сердце – девочка подумала, что это были призраки. Но хотя солнце и клонилось к закату, оно ещё не зашло. Вытирая нос тыльной стороной ладони, она схватила рюкзак в охапку и притаилась за одним из небольших валунов, окружавших статуи. Как можно тише она вытащила Огненную кровь из ножен.