У неё в голове пронеслось воспоминание о синих языках пламени, которые сменяли свой цвет на жёлтый, поглощая единорожью арфу на Равнинах печали. Арден был местом не только опасным, но ещё и прекрасным.
Да, здесь можно было встретить призраков, но здесь также можно было встретить одиноких виверн и феерию светлячков. И единорогов.
Её сердце сжалось: а ещё друзей. Что стало с Сеной и Нэтом? Всё ли у них в порядке?
И тогда Клэр поняла, как она хочет поступить.
– Я хочу остаться, – выпалила она. На одно биение сердца девочка пожалела, что при ней сейчас не было вселявшего в неё уверенность карандаша, но зато здесь была рука её сестры, которую она могла сжать вместо него: – Я хочу помочь.
Лицо Софи расплылось в улыбке:
– Ты уверена? Ты могла бы вернуться домой, пока я здесь со всем разбираюсь.
– Нет, я хочу остаться, – ответила девочка, цепляя свой большой палец за большой палец Софи, словно якорь. – Мы сёстры. И в этот раз мы будем вместе.
Софи сжала её руку в ответ.
– Всегда.
Улыбнувшись, Клэр зазвонила в колокольчик.
Эпилог
Он опоздал.
Мальчик стоял среди осколков чёрной горной породы с острыми как бритва краями. Они были раскиданы по Равнинам печали, как воспоминания, о которых лучше забыть.
Каменного единорога больше не было, а вот королева по-прежнему стояла на своём месте.
Он подивился этому, гадая, почему призраки решили разрушить один и оставить другой. И зачем они вообще на него покусились.
Лёгкий ветерок коснулся его щеки, принеся с собой запах дыма, хотя до ближайшей деревни отсюда было несколько часов езды. В который раз он порадовался, что дождался прихода утра. Даже в солнечном свете равнины были… зловещими. Унылыми. Пугающими.
Но оно того стоит, ведь мальчик всем им докажет, что никакое он не ничтожество.
Опустив свой дорожный рюкзак на землю, он вытащил из него небольшую вязанку хвороста и горсть соломы, которые взял с собой как раз для такого случая. Он быстро сложил веточки и солому в одну кучку, после чего провёл следующие пятнадцать минут, потирая две палочки друг о друга, пытаясь развести огонь. Он вечно был самым медлительным из учеников, когда дело касалось таких вещей, но это ненадолго…
Сперва пошёл дым, затем вспыхнула искра, и, наконец, загорелось пламя.
Он полез в карман и достал из него маленький носовой платок, стараясь не касаться красных пятен на нём. Развернув кусочек ткани, он достал из него жемчужный зуб.
Его сердце гулко забилось.
Скоро.
Он поднял Зуб единорога над костром, но затем помедлил.
Что, если бабуля ошибалась?
Но ещё сильнее его интересовало, что будет, если она окажется права? По этой причине он пришёл сюда. То есть, если точнее, это была одна из ряда причин.
«Если ты будешь переживать лишь о том, что о тебе думают люди, то ты так никогда и не достигнешь большего», – сказала ему Ба.
Мальчик бросил Зуб единорога в огонь, и пламя вспыхнуло синим цветом. Он надеялся, это означало, что заключённая в единорожьей кости чудесная сила высвободилась. Он надеялся, что этого и капель крови будет достаточно.
Держа платок за уголок, он думал, как ему повезло, что Клэр, принцесса Клэр, самоцветчица по крови, поцарапала колено на берегу реки Роны. Лишь позже, когда троица уже уплыла по реке, а он пытался заснуть, до него наконец дошёл смысл слов Нэта: Софи скрылась в колодце.
Поэтому он украл в Зелёном лесу лошадь и поспешил присоединиться к Клэр в Огнеграде. Мальчик узнал следы применения вырастина у стен Академии Флогистон и, уболтав студентов провести его внутрь, направился в библиотеку. Клэр там не оказалось, но он увидел зуб, и у него возникла идея, гарантировавшая, что он найдёт Софи… Но сперва ему была нужна чудесная сила.
А затем, когда он уже собирался продолжить свой путь, мальчик увидел, как Клэр и остальные вломились в сереброрию Серпа. Когда он их спас и выяснил, что они также направлялись к Равнинам печали, он понял, что не хочет делиться своими планами.
Он не хотел, чтобы они ему помогали.
Он не хотел, чтобы они присвоили себе его открытие.
Ардену достаточно одного героя.
На мгновение мальчик задумался, возможно ли, что каменный единорог на самом деле не был уничтожен призраками. Что единорога пробудили к жизни. Но это было невозможно, ведь он отправил Клэр по длинному маршруту, пролегающему под Багряной горой, через копи и болота, в то время как сам отправился к Равнинам печали напрямик.
И вот он здесь, разглядывает носовой платок. Он один. Он готов. Он везуч. Так везуч, если разобраться, что ему даже подумалось, что это было предначертано судьбой.