Я поднырнул под падающее тело, мимолетно отметил, что иллулиар убитого принял на себя чей-то выстрел, немедленно разрядил плазмер в ответ. Вновь переключился на беглый огонь по мечущимся у края провала фигурам. Перекатился за обгоревший обломок перекрытия. Наступил на чье-то тлеющее тело. Метнул вверх гранату, взрыв которой почти скрыл пролом в ядовитом всполохе.
В какой-то момент круговерть боя замедлилась.
– Отходим. – Я выискивал взглядом выживших, пытаясь оценить потери. Реттор жив. Моих ровно половина. Терковых… двое. Трое раненых, показатели жизнедеятельности на грани. Но не вижу… А обломки разобрать не успеем.
– Отходим.
Один за другим бойцы выныривали из вязкого сине-серого тумана, стягивались к точке высадки.
Среди тел и оплавленных плит остались последние мины.
Мы успели спуститься к подъемнику, когда коридор позади сотряс взрыв. Еще один громкий хлопок – и неожиданный ветер. Разгерметизация. Судя по всему, на большой площади.
– Терк, занять оборону, элиане прямо за нами.
Молчание.
Через долю такта стала ясна его причина: пустой отсек. Лишь отмечающие место высадки маячки. С запозданием я посмотрел на карту. Никого. Землянина с командой эвакуаторов вернули на «Стер». Теперь главное – будут ли возвращать нас. Представляем ли мы сейчас для Корректоров хоть какую-то ценность?
– Стоим и сражаемся около маяков. Забирать будут отсюда.
– Если будут. – Реттор неожиданно закашлялся.
Ответить было нечего, да и не хотелось. Левая рука онемела, ныл правый бок. До сих пор мне удавалось избегать прямых попаданий из плазмеров, но лазерами задели дважды. Оба укола защита смогла отразить лишь частично.
– Если не заберут в течение трех тактов, попробуем захватить станцию. Во время атаки элиан много погибло, шанс есть.
Плохая идея. С учетом того, что элианских бойцов поддержат защитные системы, подобная попытка практически обречена на провал.
Но других вариантов нет. Сидеть и ждать, когда за нами придут, значит погибнуть наверняка.
Вновь поползла вверх техноактивность. Следующая волна штурмовиков на подходе. И в этот момент с радара пропала еще одна точка. Я почти рефлекторно обернулся.
Все верно.
Реттор сместился в сторону, занимая освободившуюся позицию.
Нас все-таки забирали. Исчез второй оперативник, третий…
А затем в коридор влетает небольшой шарик. Иллулиар, вновь взявший под контроль тело, немедленно сжигает кибера. И снова начинается бойня.
Мельтешат едва различимые фигуры. Трое нападавших падают. Голова стоящего рядом бойца буквально взрывается. Еще один исчезнувший. Еще…
Кроме меня и Реттора, остаются двое. Интересно, по какому признаку Корректоры выбирают очередность эвакуируемых?
Летят киберы. Полыхают разряды. Стоящий справа боец складывается пополам, медленно заваливается набок, но, так и не коснувшись пола, пропадает.
Последние гранаты. Точно! Очередного элианина вминает в стену, превращая в уродливую гравюру из намертво сплавленной с остатками иллулиара плоти.
Короткая пауза. Еще один переход. Мы остаемся с Реттором вдвоем. Еще чуть-чуть…
Их тоже двое. Жалкие остатки активной поверхности выбрасывают последние иглы лазерных лучей. Первый нападающий неловко спотыкается, и Реттор мгновенно перерубает его пополам, второй… Второй движется с невероятной даже для элианина скоростью. Он уходит от моей очереди, и в следующий миг в меня врезается огненный шар. Я успеваю заметить, как на Ретторе распухает второй…
Перед глазами вновь красный туман. Это перемещение проходит намного быстрее и не столь болезненно, как предыдущее. А может, дело в обезболивающем, которым меня накачал встроенный в иллулиар медблок.
Темно-серый отсек «Стера». Снуют члены экипажа. С кого-то из наших стаскивают иллулиар. Землянина не видно. Рядом Реттор пытается встать на колени. Я даже не пытаюсь. Последний выстрел элианина угодил в грудь. То, что я до сих пор жив и в сознании, – факт невероятный.
Кто-то стягивает с меня шлем, начинают резать спекшиеся под плазменным ударом пластины брони.
– Координатор, объект доставлен, не пострадал. – В полушаге от меня стоит Терк. Иллулиар он снимать не стал, лишь убрал защитную маску.
Только сейчас я отметил, что по кораблю пробегают едва заметные волны вибрации.
– Обстанов?.. – Невольно сбиваюсь. С меня стягивают рассеченную броню, задевая кожу. Судя по резкой схватывающей боли, прорвавшейся сквозь анестезирующий туман, ожог глубокий. Возможно, до костяных пластин. Хорошо, что на дыхании не сказывается.
– «Стер» уходит?
– Больше маневрируем. – Такое ощущение, что Терк не столько услышал, сколько прочитал слова по губам. – Они открыли огонь… – Он оглядел отсек, потом присел и осторожно повернул мою голову.
На один из внутренних мониторов ретранслировалось изображение с внешних камер. Элианский крейсер пришел в движение и кружил около станции по расширяющейся спирали. Ракеты срывались, уносились в пространство, бессильно вспыхивали, не находя цели.
– Мы удалились достаточно, зацепить может разве что термоядерная, и то случайно. – Терк посторонился, пропуская медика с портативным медицинским комплексом. К телу немедленно присосались несколько тонких щупалец, на выжженную рану начала стекать пена, почти сразу превращающаяся в плотное желе. Вторая струйка заскользила по рассеченной лазером руке. Терк отодвинулся, совсем выпав из поля зрения.
Меня осторожно подняли, уложили в транспортную коляску. Я бросил последний взгляд на экран…
Коляска так и не тронулась. Сопровождающий замер. На какой-то момент всякое движение в отсеке прекратилось. Все смотрели на экран.
Видимо, одна из ракет нашла цель или сканеры элианского крейсера сумели засечь что-то. Новый веер ракет сорвался уже прицельно. Преодолел совсем небольшое расстояние – не к нам, в другую сторону. Полыхнул, испещрив клочок пространства вереницей огненных шаров, а затем… Я в точности не понял, что произошло. Как, наверное, и остальные. Показалось, что пустота на миг затвердела. Стала плотной, хотя указать, где проходит граница, я бы не смог.