Встать действительно удалось, но тут же пришлось сесть на диван, поскольку ноги пока отказывались долго ее держать. Да и выслушивать сбивчивый рассказ Кати, который постоянно перемежался лаконичными уточнениями Кирилла, можно было сидя.
– Значит, твой предок соблазнил эту девушку, а потом бросил, – резюмировала Марина. – И она пошла к ведьме, чтобы та его наказала. Ведьма сплела проклятие из ее волос… Возможно, потребовала не только волосы, но и жизнь. Иначе как эта Вера стала призраком?
– По тем временам, боюсь, у нее и вариантов-то не было, – заметил Егор. – Особенно если она забеременела. Всеобщее осуждение, презрение – только и выход, что в омут или в петлю.
– А этому козлу хоть бы что, конечно, – фыркнула Катя. И тут же испуганно посмотрела на Кирилла. – Ой, извини.
Тот только неопределенно мотнул головой.
– Значит, Вера убила себя, а ведьма привязала ее дух к моему предку, наделила его силой изводить «соперниц»…
– А когда твой предок умер, она не смогла остановиться, – продолжила Марина. Она говорила так уверенно, словно знала это. Или помнила. – Линия крови привела ее к племяннику, она зацепилась за него. Потом перекинулась на другого родственника. В каждом она находила что-то, что напоминало ей о возлюбленном. А ты и вовсе на него похож как две капли воды.
– Значит, похороны ведьмы не помогут, – вздохнул Кирилл. – Ее проклятие не умерло с ней.
– Нужно развязать узелки, – напомнила Катя то, что написала во время сеанса Даша. – И сжечь волосы.
– То есть уничтожить «лестницу» ведьмы, которую та сплела из волос Веры, – поддакнул Егор. – Одно непонятно, как ее найти? Они развешаны по лесу, а может быть, и еще где-то припрятаны. Как узнать, где та, что нам нужна?
– Найти, развязать и сжечь все, – мрачно заявил Кирилл, посмотрев в заколоченное окно.
Судя по темноте, которая просматривалась между досками, солнце еще и не думало вставать. Сколько они уже в этом доме? Почему до сих пор так темно?
– Ты в своем уме? – Егор скептически посмотрел на него. – Всю жизнь будешь их по этому лесу искать. И вполне вероятно, что так и не найдешь все.
– У меня нет других вариантов. Вы вполне можете уйти, ведьма похоронена, и вам ничего не угрожает. Но я останусь.
– Мы тоже останемся, – решила за всех Катя. – Не бросим тебя одного с этим.
Егор посмотрел на нее и молча кивнул. В библиотеке вновь повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине и завыванием ветра на улице.
Марина нервно грызла ноготь, поглядывая на брошенное на пол зеркало, через которое можно было увидеть мертвячку. Та наверняка знала, где ее волосы. Марина не смогла бы объяснить, откуда у нее такая уверенность. Возможно, тоже просто смутно «помнила» это после кратковременного вселения…
Внезапная идея заставила ее замереть и выпрямиться, сцепив руки в замок на коленях. Идея была бредовой, даже опасной. И если изложить ее остальным, они наверняка начнут отговаривать. Да и если она ее просто озвучит, это может помешать. Вера услышит.
Поэтому Марина решительно встала, никому ничего не объясняя, подняла с пола зеркало и повернулась так, чтобы видеть в отражении Кирилла. А точнее, призрачную девушку у него за плечом.
– Вера, – тихо позвала она.
Трое живых, находящихся в комнате, удивленно посмотрели на нее. Удивленно и настороженно. А вот призрак проигнорировал. Он продолжал обнимать Кирилла, голова покоилась на его плече, а руки нежно гладили волосы на затылке.
– Вера, с тобой поступили очень плохо, – осторожно продолжила Марина, стараясь игнорировать взгляды друзей. Сама она смотрела только на полупрозрачную фигуру. – Но твоя преданность любви меня восхищает.
– Марин, ты чего? – осторожно позвала Катя, переглянувшись с Егором.
Вера тоже наконец отреагировала. Она подняла голову, но пока не повернулась к Марине, как будто просто прислушивалась. Поэтому та продолжила:
– Я уверена, что тот, кто тебя предал, пожалел потом об этом. Но было уже поздно: тебя не стало. Это несправедливо. Мне кажется, его дух после всех этих лет вернулся, возродился в Кирилле. Потому они так похожи.
– Что ты делаешь?
В вопросе Кирилла слышались и недоумение, и возмущение, и ужас. Марина на мгновение перевела взгляд на отражение его лица. Все те же самые эмоции отражались и на нем. Наверное, он решил, что она тронулась умом. Сейчас Марине и самой так казалось, но отступать было поздно. Она облизнула пересохшие губы и перешла к главному:
– И если у тебя будет новое тело, то вы сможете быть вместе.